Письмо из прошлого

Сможешь —выполни, не сможешь – найди вескую причину. Но главное сказать командиру в лицо: «Есть!»

– Чему ты учишь ребенка, товарищ инженер-полковник?

Семен, не привыкший еще к новым воинским званиям, парировал.: «Тебе бы, генеральша инженерная, лучше смотреть за сыном».

Софья Марковна обиженно говорила:

– Яшка может уже в первый класс не ходить. Я его уже всему научила: и читать, и писать, и считать.

– Еще бы, ты же учительница, хотя нынешнюю школьную программу не понимаешь…

– Да в ней вода на киселе.

Разве это школьная программа? Ты бы посмотрел, чему там учат детей. Вот, например, математика: партийная ячейка завода насчитывает 14 членов партии, пять беспартийных выдвиженцев и восемь кандидатов в члены партии. Какова полноценная партийная прослойка на заводе?

– Подумаешь, нашла чему сердиться. 14 плюс восемь – вот и вся партийная прослойка на этом заводе.

– А вот и неправильно. Кандидаты в члены партии потому и кандидаты, что они еще не являются полноценными партийцами, и некоторых из них могут и не принять в члены на общем партийном собрании.

– Так, не морочь мне голову. Надвигаются серьезные события. Штаб западной группировки перебрасывают на запад. Я буду редко бывать дома. Будешь за офицерским аттестатом приходить каждый месяц в столовую…

Похоронка пришла в феврале 45-го: полковник инженерных войск Семен Ройзман погиб в боях под Вислой…

Яшка рыдал вместе с матерью, не понимая глубины и величины утраты для мамы Сони. Он просто понимал, что папа больше не приедет.

Никогда. Для Софьи эта была утрата целого мира, который воплощал в себе Семен. Мир рухнул.

2

Во втором классе 187 школы было всего 14 учеников. Только у двоих школьников были отцы, а у остальных – то ли на фронте, то ли, как у Якова, вместо отцов пришли похоронки. Несмотря на военные сложные времена, школа жила своею жизнью. Были пионерские организации и комсомольские ячейки. Все жили ожиданием окончания войны. В апреле 45-го, наконец, пришли вести о капитуляции Германии.

Дети всем классом ходили на Красную Площадь, где толпы людей ждали новых сообщений Информбюро. Торжественно взволнованный голос диктора Левитана каждый час озвучивал на всю страну ход военных действий в самом логове фашизма. Невообразима была радость людей, когда Левитан объявил о полной и безоговорочной капитуляции Германии. Люди целовались, обнимались, и ликованию не было предела. В один из таких дней, вернувшись домой, Яков застал свою маму в слезах.