БЕСсильный чемпион. Том 2

Вы захотите меня обнять, прижаться ко мне, но даже не смотрите в мою сторону, держите оборону. Поняли?

– Да! – дружный ответ.

Ментальные многогранники дважды просить не нужно. Яка выходит наружу. Псих-буря накрывает весь коридор, ураган проходит через сердце каждого. Кто-то выдерживает, кто-то просто вздрагивает, а кто-то пускает пузыри из носа и рыдает. Разная реакция, да.

– МЕНЯ. ОКЛЕВЕТАЛИ.

Толпа чуть замедляется, но парни чувствуют поддержку соседнего плеча, верят, что они со стаей, и двигаются дальше.

В темноте на лестнице половина из них бы в штаны наложила. На свету только коленки дрожат.

Но я обращаюсь в первую очередь не к парням.

– Отстаньте от него! – раздается резкий голос откуда-то из-за спин Воинов.

– Он сказал, что не избивал никого, – звучит следом.

– Не устраивайте самосуд! – заступается третья из барышень.

А это именно они – барышни лицея. Все они вклиниваются в толпу парней, отговаривают, хватают за руки, пытаются остановить и нет-нет, да бросают многообещающие взгляды на меня.

Их груди как торпеды наводятся в мою сторону. Вздыхаю – недолго же я отдыхал от жмущихся к плечу буферов.

Несмотря на вмешательство барышень, первые ряды парней все равно нас настигают.

– Держать оборону! – командую.

Мои девушки держатся молодцом – даже не косят взглядом на меня, только губы облизывают и томно выдыхают, видимо, чувствуя мою близость. Евдокия все же поглядывает на оранжевый платок у меня между ног.

А Таня так вообще прижалась грудями к моей спине. Блин, она что, без лифчика?

– Тыл – на позицию, – рычу негромко и она отскакивает к стене.

А дальше нас накрывает лавина Воинов, и мы деремся.

***

Лисичка не могла поверить – этот простолюдин просто сорвал ее любимый шарфик и замотал в него своего пролетарского дракона. Этот голодранец оскорбил ее!

В негодовании барышня находит в себе силы подняться с четверенек и броситься в погоню. Пусть Бесонов хоть трижды чемпион, она ему задаст!

В коридоре происходит невесть что.

Бесонов отражает атаку чуть ли не всего третьего курса. Его с флангов и со спины прикрывают какие-то девушки, у ног ползает рыдающий Мифенов, староста класса Лисички. Что за сюрреализм?! «Алиса в Стране чудес» нервно колется морфием в сторонке.

А затем Бесонов ревет на весь корпус, словно оскорбленный лев:

– МЕНЯ. ОКЛЕВЕТАЛИ.

И Лисичка уже верит его мощному

дракону

голосу.