Похождения Египетского бога

 – Прямо сейчас Великий Исход совершается, а ты, видимо, шлялся по чужим пантеонам, раз тебя так долго искали.

Тут я заметил, что зал забит никакими не людьми, а богами. Причем разных пантеонов. Вот щеголяет тремя рядами голых сисек Артемида Эфесская, вот Индра чешет член под набедренной повязкой, пожирая глазами обнаженные ягодицы Иштар. Да, богов прикатило совсем не немножко. Похоже, нешуточная вечеринка намечается.

– Нуб, – кинулся я к товарищу по египетскому пантеону. – А чего происходит-то?

Я приобнял собрата за плечо.

Анубис неприязненно зыркнул желтым глазом на мой торчащий как стрелка компаса член. Черная губа приподнялась над волчьими клыками, словно он хотел отгрызть мою сосиску. Но я не стушевался. Знал, что у шакалоголового мягкий характер. Просто на людях он привык скалиться, чтобы все подряд не пользовались его добротой.

– Великий Исход, сказал же, – буркнуло собачье божество.

– Чей исход? – не понял я. – Куда исход? Зачем исход?

– Наш, богов. В другие миры, – сказал Анубис. – На Земле нам больше не покланяются.

«Бог умер». Не слышал?

– Так это же старый баян, – вскинул я брови. – Немец ляпнул пятьсот лет назад. Мы еще с тобой хохотали, когда услышали, вспомни!

– А надо было не хохотать, а чемоданы собирать. Пятьсот лет тень веры еще существовала в людях. А теперь и ее больше нет. Им не то, что тебя, ни Христа, ни Аллаха больше не надо. Так что, Бесстыдный, шуруй к синигами: они тут назначениями заведуют. Может, еще увидимся.

Анубис сбросил мою руку и скрылся в толпе богов.

А я непонимающе смотрел ему вслед. Как это меня им не надо? Что же, люди трахаться разлюбили? Да они скорее дышать перестанут.

Нескончаемая вереница богов направлялась в конец зала. Там за регистрационными стойками тонули в просторных черных кимоно худенькие девушки. Над их головами светилась неоном огромная табличка: «Пункт назначения». Я подошел к свободной синигами – прочь от нее как раз застучал копытами козлоногий Пан. И тут же мой эрегированный член испуганно сжался. Сдулся как воздушный шарик.

Я быстро попятился прочь, пока черноволосая девушка за стойкой не подняла глаза от монитора компьютера. Но сзади меня как раз встал в очередь Ашима в облике оленя. Не заметив его, я с лету насадил правое полушарие своей черной задницы на один из его ветвистых рогов и заорал.

– А-а-а, выйми, рогатый! – взмолился я, пытаясь соскочить с костяного дерева на башке еврейского бога. Ашима испуганно взревел, забил копытами и затряс огромной головой.