Питомцы апокалипсиса

Какой радиоактивный паук меня укусил? Открыв шкаф, я взял чистое полотенце и спрятал под ним гладкие прелести моей хозяйки.

Красные пятна покрыли ступни Юли.

– Я не напугалась, ведь ты не в силах даже ущипнуть меня. Ты не опаснее цветка в вазе.

Мое плечо дернулось как от пропущенного джеба Доктора Осьминога.

– Будто специально задеваешь, чтоб прекратил расспрашивать.

Аксамитовые сгустки ширились, пока не связали сапожки. Плотная багровая каемка обтянула голенища обуви сразу под круглыми мягкими коленями.

Юля покачала головой. Ее волосы колыхнулись густыми черными волнами.

– Это было бы неразумно с моей стороны. Тебя может убить одно мое неосторожное слово. А ты мне еще нужен до конца месяца.

Новый порез рассек мое сердце. Лучше бы и вправду убило.

– Очень заботливо. Спасибо, что думаете обо мне, госпожа.

Она подергала длинный локон на плече.

– Стас, расчешешь волосы?

– А о себе подумала? Твои депрессивные подростковые гормоны утихнут только через год. Шесть лет назад главный умник во Вселенной втирал нам: пока ананси гормонально не перестроятся, им нужно сидеть на землянах как на таблетках.

– Я возьму с собой рыбку.

– Рыбку?

– Расчешешь волосы?

– Попроси чертову рыбку расчесать волосы.

Я все же поднял расческу. Но Юля вдруг схватила мою руку, полотенце снова соскользнуло на пол. Под ним уже связался костюм цвета раскаленной лавы. Глухой закрытый бадлон под самый подбородок, и дополнительных заплаток не надо.

– Стас, ты хорошо служил, – сказала моя хозяйка. – Для необученного примитивного человека. Дальше я сама. А ты возвращайся к сестре. Отвыкай мыслить как услужливый пес. Дела моего народа не касаются людей. Поэтому просто вернись к Лене.

Мое дурацкое сердце бешено заколотилось об ребра. Впервые моя звездная принцесса снизошла на земной уровень, впервые заботилась обо мне.

– Ага, вернусь. Это еще не скоро. Сначала разберусь с твоим умником-отцом.

И потянулся к ее волосам. Но мою руку все еще не отпускали. Золотые лучи золотых глаз грели мою кожу.

– На танцы я пойду с Дарсисом.

Мои пальцы вмиг ослабели, расческа выпала и ударилась об кафель пола. Глаза Юли прожгли меня взглядом до мяса, до мозга костей – два желтых Ока Саурона. Мир утонул в черном тумане боли.

– Дарсис пригласил?

– Мы договорились.