Фрейлина ее высочества

Лишь буркнул одобрительно на середине сбивчивого рассказа Аурики о наших приключениях, когда принцесса дошла до момента, что я переодела ее в мальчишескую одежду, выменяв ту на золотое кольцо.

Но ни о своих планах, ни о том, куда мы едем, говорить наш спаситель не спешил. Наверное, боялся, что я расскажу о его планах ближайшему кусту или же разлапистой елке, под которыми затаились шпионы Броддиков.

Лошади брели через черный лес, освещенный лишь луной на небосводе сплошь из незнакомых мне созвездий. С каждой минутой становилось все холоднее, и я с неуверенностью размышляла о будущем.

Признаться, меня нисколько не прельщало трястись всю ночь в седле или же, если лорд Хардинг и соизволит разбить привал, спать с ребенком под елкой в компании мрачного лорда, пусть и приятной наружности. Поесть бы тоже не мешало – желудок совсем некстати напомнил о припрятанной в сарае еде, о которой я позабыла в суматохе.

Подозреваю, маленькая принцесса тоже была голодна. К тому же я видела, как она жалась спиной к мощной груди лорда Хардинга.

Скорее всего, девочка замерзла не на шутку, а тот не спешил ее обнимать, чтобы согреть теплом своего тела.

– Будете моей женой, – неожиданно заявил мне спаситель, и я едва не выпала из седла.

Но удержалась и вытаращила на него глаза.

– С чего вы взяли, лорд Хардинг, что я на такое соглашусь? – поинтересовалась у него. Вопрос был вполне резонным в свете его подозрений в моем предательстве и угрюмого молчания в ответ на все мои вопросы. – Вы, вообще-то, не в моем вкусе!

– Учитывая вашу определенную недалекость, леди Ривердел… – произнес он язвительно, а я засопела, окончательно утвердившись в мысли, что он – не герой моего романа.

То есть, быть может, лорд Хардинг и герой, но никакого романа с ним не будет.

– Да-да, – сказала ему, – я все еще помню, как вы назвали меня овцой, лорд Хардинг, так что вы похвально не изменяете себе! Ну раз уж я недалекая, то будьте так добры и все же снизойдите до объяснений.

Он усмехнулся.

– Думаю, вы уже успели заметить, что мы подъехали к границе леса.

Впереди деревня, в которой, я уверен, есть постоялый двор. Или, на худой конец, трактир.

Я насупилась, потому что ничего подобного не заметила.

Да, при свете звезд и истерически блестевшей луны можно было видеть, что лес поредел, появились пеньки и коряги. Вполне возможно, это была работа местных лесорубов, но в полумраке я не приглядывалась, и для меня это не стало никаким признаком населенного пункта.