Дебютантка, или Брачный сезон

Вместо этого с интересом выслушала рассказ о его вложениях в плантации сахарного тростника. Около десяти лет назад лорд Кэмпбелл приобрел обширные владения на островах в дальних колониях Аглора, поэтому долгое время отсутствовал в столице.

Наконец, он нашел толкового управляющего, и плантации стали приносить прибыль, на которую лорд Кэмпбелл закупал специи в тех самых колониях. Это был дорогой и невероятно выгодный товар, который на торговых кораблях привозили в столицу.

Единственное, последнее судно с ценным грузом затонуло при входе в бухту Виенны.

Утверждает, что неясная магическая природа этого феномена не попадает под ситуацию форс-мажор, поэтому они не хотят оплачивать убытки. Так что впереди у лорда Кэмпбелла было судебное разбирательство.

К тому же он вложился еще и в алмазные прииски и не терял надежду на позитивный исход, ожидая получить приятные известия в самое ближайшее время.

Его рассказ настолько меня захватил, что я просидела всю дорогу чуть ли не с открытым ртом. Но закрыла его, потому что мы прибыли по нужному адресу. Карета остановилась возле двухэтажного здания с солидной вывеской, гласившей, что именно здесь находится «Магическая нотариальная контора Гиргенсона и Драмме».

Ричмонды, к моему сожалению, тоже не заблудились по дороге, и уже скоро, миновав распахнувшего перед нами дверь швейцара, мы вошли в гостевую залу.

Устроились в креслах, но долго ждать встречи с магом-нотариусом не пришлось. Молодой секретарь выглянул из кабинета господина Драмме – об этом свидетельствовала латунная табличка на двери – и попросил нас заходить.

Ричмонды поднялись со своих мест, но секретарь тотчас же заявил, что к магу-нотариусу приглашены только лорд Кэмпбелл и мисс Митчелл, остальные должны ждать нашего возвращения в гостевой зале.

Под недовольные голоса Ричмондов мы с лордом Кэмпбеллом вошли в пропахший Высшей магией кабинет господина Драмме.

Несмотря на отсутствие нотариуса, нас усадили в удобные кресла возле круглого стола, затем секретарь протянул каждому по документу на подпись, в котором мы давали добровольное согласие на экспертизу с целью выяснения родства с использованием взятых образцов крови.

Стоило подписать бумаги, как секретарь удалился, после чего из смежной комнаты появился и сам маг-нотариус.