И небо в подарок

Затем, когда до замка оставались примерно два часа пути и я уже утомилась рассматривать однообразные, но, несомненно, прекрасные горные виды, а Аксель порядком утомил меня своими комплиментами и рассказами о том, какой из него выйдет отличный муж, из-за очередного поворота показалась новая партия магов.

И тоже по мою душу.

Впереди на великолепном вороном жеребце гарцевал молодой, светловолосый и сероглазый мужчина с уверенным, но каким-то слишком уж надменным лицом, словно окружающая действительность успела его порядком утомить.

Как, впрочем, и меня – голодную и уставшую от многочасовой тряски, но прекрасно понимавшую, что теплого приема в Неприступных Вершинах нам не ждать.

Представился. Звали его Нортен Делгайр, и он был магом Десятой Ступени – на это лицо Акселя Вильма вытянулось – по особым поручениям у его королевского Величества Риона I. Произнеся это, Нортен Дальгайр поморщился, словно и сам до конца не верил в сказанное. Затем уставился на меня, ерзающую в седле, пытаясь поудобнее пристроить давно уже страдающую заднюю часть.

– Вироника Гард, – отозвалась я, перестав ерзать, – дочь покойного лорда Ариана Гарда и единственная наследница Неприступных Вершин.

Правда, это еще предстояло доказать.

– Рад с вами познакомиться, леди Гард! – вполне любезно отозвался маг. – Как вы уже догадались, я и мои спутники, маги Седьмой Ступени, прибыли сюда ради вас. Конечно же, по королевскому приказу.

– И чем же я… гм… заслужила столь пристальное внимание его величества короля Риона?

– Его высочества, – поправил маг.

 – Приказ исходил от наследного принца Стефана.

К этому времени я успела неплохо его рассмотреть. Магу Десятой Ступени вряд ли было больше тридцати, и он показался мне вполне симпатичным. Если, конечно, кому-то нравятся наглые типы с самоуверенным взглядом и саркастической улыбкой – нет же, усмешкой, – которая, казалось, намертво приклеилась к его губам. К тому же он оказался отлично сложен, мускулист и загорел.

Держался верхом на лошади так, словно на ней и родился, и, подозреваю, роста был немалого.

Но сердце мое нисколько не дрогнуло, когда Нортен Делгайр окинул меня оценивающим взглядом, задержавшись на подчеркнутой узким лифом и дурацкими рюшами груди. Наверное, потому что это самое сердце привычно наполнялось теплом, стоило мне лишь подумать о принце Стефане Бранте, на Королевский Отбор к которому съезжались девицы со всех концов света.