Любовь и ненависть в Ровердорме

– Да, она самая! Акация Уилсон собирается уже завтра пригласить гостей в «Поющую Иву». Устроить у нас прием, мисс Мира, представляете?! Так мне и заявила!

Признаться, я не представляла.

– Хочет позвать всех соседей – лордов, конечно же, и еще герцога Кавингтона! Сказала, что через пару часов прибудут слуги, которых нам нужно будет где-то разместить, после чего мы должны начинать готовиться к завтрашнему вечеру. Она напишет указания и составит меню. – Последнее Уна произнесла с величайшим презрением в голосе.

 – У меня нет слов! Да чтобы я готовила по чьей-то указке?! Клянусь Богами, никогда такого не будет!

Произнеся это, Уна подняла голову к небу, на котором незнамо откуда взявшийся ветер рвал на части темные облака.

– К ночи будет гроза, – неожиданно добавила экономка, и на ее лице промелькнуло тревожное выражение. Или же это солнце скрылось за тучами? – Идет на нас с гор. Возможно, даже буря.

Я покивала, в очередной раз поразившись тому, с какой точностью местные могли предсказывать погоду.

Я так не умела – наверное, потому что не была местной, а из другого мира, и это порядком сбивало мне барометр.

– Значит, сперва нас ждет гроза с бурей, а потом прием, на который пригласят всю местную знать и даже герцога Кавингтона, – пробормотала я. – Ну что же, скучно нам не будет ни на секунду. Кстати, ты случайно не знаешь, где Лиззи?

Уна не знала, но заявила, что недавно видела Томми Лайтингера, соседского мальчишку и школьного друга Лиззи. Тот ошивался неподалеку, так что, возможно, моя сестра сейчас с ним.

Кивнув, я отправилась на конюшню, куда Лоуренс увел дядю Перси и тетю Азалию. По дороге ко мне присоединился молчаливый Патрик, а позади прихрамывал Донахью.

– Вот ты где! – накинулась на меня тетя Азалия. Они уже успели войти в конюшню и теперь стояли возле пустующего денника Грома. – Где ты была?

– Гуляла, – пожала я плечами.

– Я знаю, где она была! – с ненавистью заявил Лоуренс. – Она прятала свою лошадь. Я своими глазами видел здесь великолепного вороного жеребца, который стоит целое состояние!

Дядя уставился на меня недоуменно, затем икнул, и я поняла, что настойка тети Прим приказала долго жить.

С другой стороны, по словам Уны, тетя Азалия собиралась выдать завтра деньги на покупку продуктов и всего необходимого, так что дяде вряд ли грозила участь протрезветь.

– Придержи коней, Лоуренс! – произнес он миролюбиво. – Откуда здесь взяться скакуну, если у них даже нет вина? Тебе, наверное, почудилось.