Мама из ниоткуда

Оказалось, туда прибыл табор рингулов, и, со слов Бенджи, он увлекся одной из них.

– Ее звали Донка, – с явным удовольствием проговорил король. – Да, я сразу же о ней вспомнил, когда речь зашла о неконтролируемом всплеске магии в Белом Мареве на севере Тарии! Именно тогда я и подумал…

– Хорошо, хоть мозги жиром не заплыли! – пробурчал Зигурт, на что добряк Бенджи лишь пожал плечами. Зигурт с недовольным видом уставился в заплывшие глаза брата: – Вспоминай, Бенджи!.. Вспоминай еще! Значит, ту девицу звали Донка, и ты провел с ней ночь.

Но с чего ты решил, что она от тебя понесла?!

– Через две недели ко мне явился их барон, или как их называют у рингулов… К этому времени мы окончательно разбили истанцев.

– Маркус их разбил, – поправил Зигурт, на что король кивнул, пропустив едкое замечание брата мимо ушей.

– Так вот, тогда мы праздновали победу. Я был в хорошем настроении и позволил впустить барона. Думал, он снова приведет ко мне ту девицу. Но вместо этого он заявил, что раз уж я ее испортил… А я ее испортил раз так пять за ту ночь, – хвастливо заявил Бенджи, на что Зигурт взглянул на старшего брата с еще большим сомнением, – то мне и растить дитя! С его слов выходило, что Донка беременна.

– И ты ему не поверил?

– Конечно же, я ему не поверил, – пробасил Бенджи.

Затем повернулся к молчаливому слуге и заявил, что раз уж разговор в Овальном Зале затянулся, то пусть подают обед сюда, а то он порядком проголодался.

– Не поверил, потому что прекрасно знаю о нашей ситуации.

Тогда я решил, что рингулы хотят еще денег, хотя я ее порядком одарил. Ты же знаешь, Зигурт, понести от нас может только девица с сильнейшим магическим даром, а в той Донке его не было ни капли. Поэтому я приказал их прогнать – и того барона, и его табор за их наглость. Хотел еще и выпороть их всех напоследок, но потом сменил гнев на милость. Мы праздновали победу, поэтому я отсыпал ему немного монет, наказав больше никогда меня не беспокоить, иначе он поплатится жизнью. Но сейчас я думаю, что тот рингул мог и не врать и у меня все же где-то есть дитя.

Зигурт, поморщившись, устремил взгляд на племянника.

– Как считаешь? – спросил он у Маркуса.

Сын его младшей сестры хранил молчание, уважительно позволяя дяде закончить беседу с королем. Настоящий ДерХарр – высокий, мощный, тренированный – напоминал Зигурту его самого в молодости.

Именно Маркус был тем, на кого Зигурт возлагал свои надежды.