Маленькая хозяйка большой таверны

Хотя нет, давай уже за последний месяц. – Его лицо искривилось, а я мстительно добавила: – Кроме того, сделаешь мне полную опись имущества. Хочу ознакомиться, так сказать… Думаю, Мария тебе в этом поможет. Кстати, почему в кассе нет денег?

– Потому что бедняга Джон окончательно потерял разум, – отозвался он. – Все из-за проклятых Лилий, за которых он и ушел воевать! Хотя из него оказался тот еще вояка – прикончили в первом же бою.

– Печально, – отозвалась я.

– Печально, – согласился Леннарт. – Но не менее печально то, что Джон забрал все сбережения и отдал их мятежникам.

Все мечтал разбогатеть, думая, что Лилии его вознаградят, но вместо этого нам привезли его труп. Мы его похоронили, и на это ушли последние деньги. Но это были хорошие, достойные похороны. К тому же Джон любил говорить, что мы – его единственная семья. Поэтому мы и…

– Поэтому вы ждали, кто отберет у вас «Сквозняк» первым, Лилии или Клинки, – кивнула я. – Продолжали жить, как ни в чем не бывало. Ели и пили. – Впрочем, я их не осуждала.

Судя по всему, им, как и нам с Анаис, больше некуда было идти. – Но теперь я ваша новая хозяйка, и все будет по-другому.

– Это ненадолго, – оскалился Леннарт. – Пара-тройка дней, и к нам обязательно явятся королевские поверенные и опечатают таверну.

– Насколько большой долг в казну? – поинтересовалась я.

Он насмешливо оглядел меня с ног до головы.

– Триста шестьдесят пять дукаров. У нас уже есть тридцать, осталось насобирать еще триста тридцать пять. Это звучит, как песня.

Триста-а-а тридцать пя-ять… – Затянул он, но я нахмурилась, и Леннарт заткнулся. Правда, ненадолго: – Что вы предполагаете делать, госпожа Дюваль? Думаю, у вас есть то, что можно продать…

Сказав это, обвел меня многозначительным взглядом, и мне стало ясно, на что он намекал.

– Как-нибудь обойдусь и без торговли телом, – заявила ему резко. – Этого хватит? – и положила на стол мешочек, который мне подарил Эдвард Блейз. – Пересчитай.

Леннарт взглянул на меня удивленно, затем принялся разбирать монеты.

– И вот еще, – добавила я. – Две следующих недели вы будете работать без жалования, за еду и кров, раз уж пропили и проели все запасы.

Потому что платить мне им было нечем.

Леннарт поднял на меня взгляд, но, оказалось, за моей спиной стоит Олаф. Все еще бледный, повар заявил, что это будет справедливо. Поэтому и Леннарту пришлось нехотя добавить, что это честная сделка, после чего он продолжил пересчитывать монеты.