Маленькая хозяйка большой таверны

К тому же ни я, ни Анаис, которой всего лишь шесть лет, ни в коем случае не поддерживали мятеж Лилий…

– Горите вы в аду! – с ненавистью произнес Эзнер. – Пошла вон, мерзавка!

– А как же клятва Гиппократа? – спросила у него, с трудом сдерживаясь, чтобы не натворить глупостей.

Потому что в груди всколыхнулась обида.

Обида на его несправедливые слова – да, Эзнер горевал, и его семью постигло страшное несчастье, но я ни в чем не была виновата, а моя дочь уж и подавно!..

Но теперь эта обида рвалась из меня наружу.

Текла по моим рукам горячечными магическими потоками, собираясь в ладонях, и я с ужасом поняла, что с них вот-вот сорвутся огненные шары.

– Пошла прочь со своим Гиппократом! – заявил мне доктор. – Убирайся, иначе я за себя не ручаюсь!

В принципе, я тоже за себя не особо ручалась, но понимала, что мне нужно поскорее отсюда уходить. Все равно ему ничего уже не докажешь, даже если я примусь швырять в доктора сгустками огня.

Этим я сделаю только хуже – вряд ли Эзнеру такое понравится.

К тому же, судя по вывеске, он тоже был магом. Как бы не стал швырять в меня такими же…

Внезапно с ним случился то ли криз, то ли помутнение рассудка, потому что доктор покраснел, его губы затряслись, и он принялся срывающимся голосом звать помощника.

– Эрхольз, где ты ходишь?! Эрхольз, сейчас же приведи Барса и Грона! – закричал он. Затем уставился на меня: – Я не стану тратить на вас магию, леди де Эрве! Ваша богомерзкая семейка этого недостойна!.

.

Судя по всему, вместо этого он собирался спустить на меня собак, поэтому я развернулась и кинулась прочь из кабинета.

– Быстрее! – приказала замешкавшемуся Леннарту, устроившемуся в мягком кресле в соседней комнате, после чего мы вдвоем поспешили на улицу.

Нет, такого медицинского обслуживания мне не надо!..

Тогда какое же мне нужно?

Где мне найти доктора, который не спустит на меня собак, не обольет презрением или же, не допусти Святая Эрдина, не отравит мою дочь во славу Истинного Короля Хуго II, потому что мой покойный супруг слишком сильно нагрешил?

– Что же мне делать? – спросила я у Леннарта, когда мы отошли на приличное расстояние от практики безутешно скорбящего доктора Эзнера.

Ну, чтобы его собаки нас случайно не догнали. – Понимаю, ты порядком позабавился за мной счет, – Леннарт все еще скалился, – так что можешь записать это в счет своего долга. Будешь должен мне еще одну неделю работы.