Отбор для Темной ведьмы

Ни Темная, ни Светлая, потому что здание накрывала столь мощная защита, через которую не проникали даже магические потоки… Внутри их попросту не было!

– Как тебя зовут, дитя? – внезапно остановившись, спросила у меня распорядительница.

До этого она долгое время хранила неодобрительное молчание. Мы успели пройти по длинному коридору, а я вдоволь насмотреться на себя в бесконечных зеркалах в одном из холлов. Затем мы поднялись на второй этаж, а теперь замерли в центре просторного зала, заставленного мягкими золотисто-зелеными софами.

– Лиррит Стенстед, – отозвалась я.

– Из какого ты Дома?

Пожала плечами.

– Тебе ничего бояться, дитя! – неправильно истолковала мое молчание леди Риблин. – Раз уж Источник признал тебя достойной, – тут она покосилась на прильнувшего к моим ногами Черныша и поморщилась, – то нам…

Не договорила. «Нам придется с этим смириться!» – читалось в ее глазах.

– Из дома Стенстедов, – соврала ей.

Оказалось, леди Риблин никогда не слышала о лордах Стенстедах – так же, как и я! – поэтому продолжала смотреть на меня как на бродяжку – немного жалостливо, но все так же высокомерно.

– У нас очень даже хороший дом! – добавила я сладким голосом. – Деревянный, а внутри есть черная баня и целых две кухни… Одна из них большая, где мы готовим себе есть, а на второй, со встроенным в стену с огромным котлом, мы с мамой варим еду нашим свиньям.

Леди Риблин после этих слов побледнела, словно в Восточном Крыле выкачали не только магию, но и воздух.

– Свиньям?.. – неуверенно переспросила меня. – Но кто же твой отец?!

– Самуил Стенстед, кузнец из Больших Бухарей, – соврала я с куда большим воодушевлением. – Мы живем в деревне высоко в Красных Горах – и это большая деревня, почти целый город! – потому что в ней целых двадцать два дома. А в Малых Бухарях всего лишь двенадцать!

Тут мне пришлось прикусить язык, потому что показалось, что распорядительницу вот-вот хватит удар.

Впрочем, та довольно быстро справилась с собой, выдержав испытание дочерью кузнеца из деревни Большие Бухари. Поджав губы, поманила меня за собой. Мы вышли из зала с мягкими софами и оказались в начале длинного коридора, на полу которого лежала красная ковровая дорожка.

Именно там к леди Риблин подбежал лакей и что-то принялся нашептывать на ухо.

– Значит, незаконнорожденная дочь Йесге Смарена?.. – произнесла она с явным облегчением.