Полуночные тайны Академии Грейридж

Залезла в дилижанс и… покатила на север, сопровождаемая четырьмя королевскими магами, не испытывая ни малейшей радости от подобной перспективы.

Понимала, что в Талии мне будет совсем непросто. И не ошиблась.

Нет, встретили меня очень даже неплохо, и в Академии не слишком-то задирали. Не кидали в спину магические заклинания, не подсыпали в еду сонное или рвотное зелье, хотя я постоянно была настороже и не снимала браслетов, распознающих яды. Не обзывали в лицо нубрийской грязнокровкой. За спиной – да, всякое случалось, потому что со слухом у меня все в порядке.

Впрочем, подобной «лояльности» нашлось вполне разумное объяснение – на пресловутой Доске Объявлений в первый же день моего появления в Академии появилось соответствующее распоряжение декана Берга, пылавшее кроваво-красными буквами почти целую неделю. Оно гласило, что если кто-то тронет Лиззабет Крофорт – будь то физическое или магическое воздействие, – тот адепт без суда и следствия покинет стены Академии Грейридж уже навсегда.

И меня не трогали.

Старательно не замечали или же демонстративно обходили стороной, относясь, как… Как к ядовитому пауку-круксу, укус которого смертелен и жертву можно спасти, только если в первые минуты влить добрую дозу целительной магии.

Жили круксы в норах под землей, агрессии в отношении людей не проявляли, если, конечно, их не трогать.

Вот и я, словно крукс, жила в своей норе, правда, не под землей, а в маленькой комнатке под номером 213 в женском общежитии, расположенном в Восточном Крыле. Могла бы поселиться в городе, как делали многие адепты из обеспеченных семей – звонких монет с изображением гордого, вернее заносчивого, профиля короля Сорена II папа в дорогу дал мне предостаточно.

Вполне хватило бы на подходящее жилье, но…

Мне не позволили.

Оказалось, безопасность Лиззабет Крофорт могли гарантировать только в стенах Академии Магии, выходить за которые без особого на то разрешения декана мне было запрещено. Кто знает, какой прием ждет нубрийку снаружи?

Я подозревала, что не слишком-то теплый.

Поэтому мне ничего не оставалось, как только перетерпеть. Правда, терпеть предстояло довольно-таки долго – десять месяцев до окончания пятого курса, затем еще два практики, после чего я, получив диплом, смогу вернуться в Нубрию.

Из этого срока прошло ровно две недели. Первые три дня учебы я пропустила, потому что возникли непредвиденные задержки в пути. Сначала мы застряли на границе, потому что талийским магам не понравились мои документы.