Седьмая

Отложила ноутбук и поджала ноги, натягивая на них длинную цветастую юбку. – Погоди! Что… Вот так, прямо на столе?!

И он растерялся.

Защита на Димке стояла слабенькая. Позавчера, после того, как мы поругались, и я его выгнала, сняла свою. Злая была, решила – пусть катится ко всем чертям! А вот теперь… Он транслировал в мир осознание собственной вины. При этом был уверен, что я никогда не узнаю о том, что произошло несколько часов назад, как раз перед положенным ему обедом.

Стеклянные стены с жалюзи, отгораживающие кабинет начальника от остального зала… И темноволосая худая девица из бухгалтерии, что приносила отчеты, – длинная юбка-карандаш на костлявых бедрах, белая блуза с тремя расстегнутыми перламутровыми пуговицами, шарф под горло и офисные, черные «шпильки».

Ярко-красные, в цвет принесенных Димкой роз, губы кривились в обещающей улыбке. Я видела, как она нависла, касаясь бюстом его плеча – Димка как раз сидел в своем кресле – затем терлась об его ухо, засовывая руки под его пиджак…

Ногти у нее длинные и острые, словно когти.

Мне стало противно, но я все же подавила приступ тошноты. «Шагнула» чуть дальше во времени, в прошлое. Мне… Мне надо знать наверняка! Оказалось, у них уже была собственная «история» – особые взгляды на собраниях, слова и шутки, и даже поцелуи на «корпоративах». Слишком далеко Димка не заходил, хотя она давно его преследовала и всячески намекала, что отнюдь не против… Но он был со мной и даже втайне гордился тем, что его так долго и упорно добиваются, а он…

Молодец, держится!

Но мы поругались и даже как будто бы расстались.

Хотя он знал, что вернется, но решил все же выждать пару дней – правда, жить с родителями еще та головная боль!.. Был уверен, что я его прощу, но вновь захотел почувствовать себя свободным. Поэтому закрыл кабинет на ключ, толкнул ту девицу на стол, трясущейся рукой отодвигая важные бумаги. Задрал ей юбку – непослушную и узкую, которая все не хотела подниматься на бедрах. Наконец, поддалась, и мелькнул треугольник темных стрингов…

И вот тогда я засмеялась.

– Лика… – Димка все же замялся. – Я много думал эти дни и решил… Мне уже двадцать девять, а тебе двадцать семь. Нам пора принимать ответственные решения и перевести наши отношения на более серьезный уровень.

– И что же тебя подтолкнуло к такой мысли? Быстрый секс на столе с… Как ее там?! – брезгливо рылась в его воспоминаниях, не обращая внимания на вытянувшееся Димкино лицо. – Карина?..