Седьмая

– И я захотел… Вернее, я просил его меня укусить, решив, что лучше уже так, борясь за свою жизнь, чем доживать эти месяцы без какого-либо шанса. Как видите, мутацию я пережил.

– Вижу. Сложно было?

Пожал плечами.

– Больно немного… Все менялось – тело, мышцы, кости. Меня словно ломали изнутри несколько дней подряд. Но по сравнению с тем, что я пережил до этого… Так, ерунда!

– Ерунда, – согласилась с ним, почему-то подумав о Димочке и о его измене. – Ты прав, такая ерунда!

– Степан многих спас, – продолжал оборотень.

 – И он… он… – в голосе слышалось даже не восхищение, а нечто похожее на обожествление. – Для многих он стал вторым отцом, и мы, не раздумывая, отдадим за него свою жизнь.

Замолчал, да и я… Я засобиралась домой. Подумала о работе и завтрашнем подъеме в семь утра – у меня тренировка – а потом о приезде Артема. Неожиданно поняла, насколько сильно продрогла на ночном ветру.

– Он вас любит! – сообщил мне оборотень, пока я размышляла, как встать с лавки и не потерять при этом свое достоинство.

Мир перед глазами размеренно раскачивался.

– Любит? – фыркнула в ответ. – Дорогой мой мальчик, то, что он ко мне испытывает, называется совершенно другим словом!

– Любит! – уверенно заявил Маркус. – Как ни назови, это не меняет дело.

– А даже если и так, то… Даже если он и влюбился ненароком… Это он зря, так ему и передай! Мы несовместимы, как… – нормального примера у меня почему-то не нашлось. – Несовместимы, и все! Так что пусть не теряет времени – ни моего, ни своего – и найдет подходящую Пару из собственной Стаи.

Оборотни с ведьмами… – покачала головой. – Дохлый номер!

– Сердцу не прикажешь, – отозвался Маркус, – особенно в нашем племени. Если уж кого полюбишь, то это на всю жизнь.

Поморщилась. Ну уж нет! Мне никто, никто не нужен! Только если донор для моего ребенка, но уж точно не из оборотней.

– Я вас провожу! – Маркус решительно подхватил меня под локоть, когда я поднялась.

Попыталась одернуть длинную юбку и чуть не сверзилась с высокой платформы босоножек. – Домой вам пора, в кроватку, – добавил молодой оборотень.

– Хорошо, – покорно отозвалась я. Все же исхитрилась нагнуться и подхватить бутылку и фотографию. – Домой, так домой! А вот это, – кивнула на букет, – выкинь куда-нибудь, с глаз моих долой!

– Он больше не вернется? – быстро спросил Маркус. – Тот, кто его подарил?

– Не вернется.