Святоша. Магическая Академия

После войны пути бывших однополчан разошлись. Эрро Вайрис не жаловал большие города. На заработанные в воинских походах деньги выкупил таверну в родной деревне, обустроил. Другую часть одолжил Амгерду для начала дела, ведь считал его своим другом. Другом, с которым прошел тысячи верст под предводительством короля Кромунда. Лучники в элитном полку, они стояли бок о бок при взятии Изгорда и битве на Кемсе. Много лет гонялись за кочевниками по бескрайним степям, взбирались на холодные скалы Мервянных Гор, отбивая атаки абберов.

Я любила слушать рассказы отца о годах службы. Садилась в уголке обеденного зала, чтобы не мешать мужчинам, собиравшимся вечерами за деревянными потертым локтями и глиняными кружками столами. В рассказах отца всегда было место Амгерду. Именно он убедил Эрро не вкладывать оставшиеся после службы деньги в Королевский Банк Кемира, а держать в своем предприятии.

– Деньги должны работать, Лайне! – бывало, приговаривал отец.

Он не был глупцом.

В наследство мне досталась не только таверна, но и долговые расписки с векселями ростовщической компании Амгерда. А также письмо, в котором отец просил отдать мне хранимое в маленьком ящичке под надзором старого друга. То, что опасно держать в Волчьем Долу.

Что ж это могло быть?!

Узнать все не удавалось. Вручила Амгерду послание, которое он, крякнув, быстро прочитал, после чего обнял меня за плечи, подмигнул Реми и увлек, минуя первый этаж – кухня, хозяйственные помещения, комнаты слуг, – на второй этаж, в большую комнату с массивным столом, уже ломящимся от яств.

От горшков с кашей, щедро приправленной салом, шел одуряющий аромат. На роскошных глиняных блюдах лежали мясо, овощи, рыба. Запахи свежего хлеба и разнообразных пирогов сводили с ума.

Кажется, я толком ничего не ела с самого утра!

Тут слуги поставили на стол блюдо с жареным поросенком, который уставился на меня мертвым взглядом. На миг стало не по себе, но я все же оторвалась от созерцания еды, потому что в комнате появились невысокая смуглая женщина и парень в светлой одежде, но с залихватским красным плащом, заколотым на плече причудливой брошью с аметистом.

– Мой сын, – произнес с гордостью Амгерд. – Исао Сид!

Высокий, широкоплечий, фигурой тот явно пошел в отца, но, в отличие от рыжеволосого Амгерда, оказался темноволос и смуглолиц. Склонил в приветствии голову, затем осмотрел меня с ног до головы.