Зимний Бал, или Еще один шанс для попаданки

На мне тоже были коньки, что доставляло мне невероятное удовольствие.

К тому же все вокруг оказалось прелестно украшено – так, словно я попала в зимнюю сказку. Заснеженные деревья, фонари в форме лилий на декоративных решетках, отделявших каток от сада, и развевающиеся на ветру разноцветные ленты и поблескивающие елочные игрушки.

Где-то вдалеке, шипя, закрутились и запестрели фейерверки, и пары на льду остановились, чтобы полюбоваться на подобную красоту.

Вот и я тоже замерла.

Внезапно поняла, что опираюсь на мужскую руку.

А еще счастливой до невозможности.

Словно мне дали тот самый шанс, о котором я просила у мироздания, а я взяла и ничего не испортила.

Тут меня снова стали трясти, затем я почувствовала боль от укола.

Похоже, именно он и привел меня в чувство, но в другой, привычной мне жизни. Там, где надо мной склонились медики в защитных масках, кому-то сообщая, что забирают меня в больницу.

На это я вновь закрыла глаза, пожелав…

Всей душой, всем своим сердцем мне захотелось очутиться там, где были зима, смех и фейерверки и где лезвия коньков скользили по льду. Там, где я слышала мелодичную музыку и ощущала уверенное присутствие любящего мужчины рядом.

Вместо этого меня в третий раз потрясли за руку, но голос был совсем другим – детским, мальчишеским и недовольным.

– Рина, ну вставай уже! – заявил он. – Просыпайся скорее, а то сейчас почти полдень!

Вот тогда-то я окончательно пришла в себя.

Заморгала, дожидаясь, когда глаза привыкнут к полумраку, заодно пытаясь сообразить, где я нахожусь. Куда подевались моя елка на «корпоративе», Тамара Львовна с Артемом и остальным не особо трезвым коллективом? А заодно с ними пропали каток, фейерверки и мужчина рядом, которого я так и не успела рассмотреть?

Оказалось, я лежала в комнате, свет в которую попадал из маленького полукруглого окошка в дальнем ее конце, а надо мной склонился чужой и крайне недовольный ребенок.

Лет ему было шесть-семь, не больше.

На этом странности не заканчивались – я вдохнула влажный и промозглый запах сырости вперемешку с горьковатым печным дымом. Едва не закашляла, судорожно пытаясь сообразить, где я очутилась и что вообще происходит.

Но времени на размышления мне не оставили.

– Ну и долго же ты спала! – заявил мне мальчик, после чего попытался стащить с меня одеяло.