Сон у озера

Деревня на пригорке, сосед еще и на крыше – день солнечный, видимость хорошая, он увидел идущего человека километров за пять. Видел, как он подошел к какой-то темной кучке на берегу, постоял и попинал, обойдя ее кругом, повернул в деревню. Любопытство одолевало соседа, он еле дождался, когда рыбак дошел до него и узнав соседа, решил утолить свой интерес:

– Вась, а Вась, а чаво это тама лежит на берегу, аль выронил кто чаво?

Сосед был жадноват, и Василий, хорошо зная это, решил подшутить над ним:

– Так это, тулуп кто-то потерял хороший такой, новый еще, видать из саней вывалился, когда проезжали.

Для деревни тулуп вещь незаменимая, это такая большая шуба из овчины и стоит денег немалых. У Иваныча глаза загорелись как лампочка на столбе у сельсовета, 200 Вт – не меньше, это точно!

– А чаво не взял?

– Да ну его, таскать на горбу еще, вот пообедаю, лошадь запрягу да и поеду.

Вася курил, прячась за забором, когда Иваныч, тяжело дыша, промчался к озеру мимо его дома, пригибаясь, чтобы его не увидели с окон соседей.

Следом неслась жена Настасья, волокущая за собой большие сани, весила она не меньше мужа и пять километров по сугробам для этой парочки были тяжелым испытанием. Вася успел уже и пообедать, и скотину накормить, и даже баню затопить, когда вернулись соседи – мокрые от пота и злые как собаки.

Иваныч матерился на всю улицу, Настасья проклинала «этого пустомелю» последними словами. Куча навоза, кем-то вываленная на берегу, до последнего шага казалась им заветным тулупом и в вечернем сумраке манила и звала.

Они боялись, что вот поедет кто-нибудь раньше них или вернется опомнившийся хозяин и уйдет новенький тулуп в чужие руки. Они бежали, утопая в сугробах и задыхаясь, чтобы успеть первыми добраться, до потерянного кем-то сокровища.

Татьяна, узнав причину проклятий, долго смеялась, а потом всё-таки дала затрещину непутевому своему. Только ее дипломатические способности примирили их с соседями, что в их жизни происходило часто, Вася уж очень любил подшучивать над недалёким соседом.

Но коварная болезнь забрала жену оставив его вдовцом, а дочь сиротой. Хоть и считался в деревне не из худших женихов и нашлись бы невестушки его возраста, он не захотел больше жениться.

Свою Татьяну он не смог забыть и даже не представлял, что в их совместной постели будет другая женщина. Так и жил в одиночку, растил красавицу дочь, которая с каждым годом всё больше становилась похожей на мать.