Амазонки

Девушку с утра терзали предчувствия, что сегодня непременно произойдет какая-то неприятность.

– Его убьют! – пугливо оглядываясь, продолжала Лика, словно не услышав вопроса. – Так сказали, я слышала!..

– Я хочу увидеть его прежде, чем это случится. Один из них убил мою мать, ты знаешь… Мне хочется взглянуть ему в глаза! – будто говоря сама с собой, гневно заявила Гармония. – И мне не жаль его!..

Неожиданно по ее щекам потекли слезы.

Подошла Грина, на ее лице сияла довольная улыбка.

– Слышали?.. Нам покажут его до того, как убьют! Вот повеселимся!

Гармония взглянула на нее и ничего не ответила. Она не могла радоваться, как Грина, хотя очень этого хотела.

Все три амазонки направили взгляды на хижину, в которую бросили пленника. Мысли, проносившиеся в голове каждой из девушек, были такими разными… как, впрочем, и они сами.

Сакий открыл глаза. Было темно. Он бессознательно дернулся, пытаясь встать на ноги, но не смог даже шевельнуться от ужасной ноющей боли в спине.

Ему было тяжело дышать. Руки и ноги оказались связанными жгутом, скрученным из какого-то растения.

Юноша попробовал избавиться от уз, но жгут лишь сильнее впился в кожу. Даже малейшее движение вызывало нестерпимое жжение во всем теле.

После нескольких попыток парень отчаялся: боль лишь усилилась, а веревка из травы немилосердно натирала и жгла кожу так, что та начала кровоточить. Словно адский пламень распространялся по всему его существу…

Сакий понял, что отравлен, – только яд мог вызывать такие страдания.

Сознание его мутилось. Он закрыл глаза. Медный привкус на языке создавал нестерпимое, сводящее с ума чувство тошноты. Что-то теплое и сладковатое заполняло его рот. Он попытался выплюнуть, но влаги не убавлялось. Сакий понял, что это кровь… Его собственная! Он кашлянул, отчего крови во рту прибыло еще…

Парень почувствовал сильную боль в голове, из глаз невольно потекли слезы.

Закрыл их, но легче не стало. Он держался изо всех сил, не желая, чтобы его вырвало, хотя жгучий ком подкатил уже к самому горлу.

Терпеливо, едва справляясь с собой, Сакий начал осторожно сплевывать тошнотворную жидкость. Глаза были полны слез, и это мешало ему осмотреться. Он немного приподнялся и переместился к стене. Прислонившись к ней, стиснул зубы, пытаясь хоть как-то ослабить головную боль.