Избавители звезд

«Он мой!» – Его невозможно прочитать. Он делится знанием лишь с теми, кто ему нравится.

«Помоги!» – взмолилась она Джаварату, но, когда пальцы Ночного Льва сомкнулись на книге и он снова медленно принял облик Насира, фолиант ничего не сделал. Он молчал.

Laa, это было слишком. Она почувствовала, как сила книги бурлит в её венах, замораживая её до костей. Ибо она отвергла его хаос и насилие. Она отвергла Джаварат.

Зафира подняла взгляд на Льва. Нет, она не позволит ему увидеть её ужас.

– Я больше не поддамся твоей лжи, – поклялась она почти что с гордостью.

Лев лишь улыбнулся.

– Поддашься, azizi. Запомни мои слова.

Его взгляд заметался по комнате, и девушка смутно понимала, что он ищет сердца. В тот миг Ночной Лев исчез, забрав с собой то, чего больше всего желал, оставив Зафиру парализованной эмоциями, которые сумел всколыхнуть одной лишь улыбкой и поцелуем.

Глава 20

– Что ты сказала?

Светлые глаза Сеифа горели от ярости, и эта ярость разрушила всё, что ещё оставалось от стойкости Зафиры.

– Как такое могло произойти? Как он вошёл в дом? – Айя выглядела поражённой. Её жёлтая абайя казалась бесцветной в тусклом свете.

Лана прижималась к Айе, и расстояние ранило Зафиру больно, как клинок.

Сеиф буквально кипел:

– Отвечай на вопрос, Охотница!

– Откуда мне знать? – огрызнулась она. – Я была в своей комнате. Может, это ты впустил его.

– Следи за своим языком, – прошипел сафи, и Зафира почувствовала себя ребёнком. – Dum sihr, охраняющая дом, возможно, иссякла, но это ты вручила ему hilya на серебряном блюдце. – Он резко повернулся к Айе: – Я знал, что мы не можем доверять ей безопасность фолианта. Смертная. Ребёнок. Именно этого мы и боялись.

Айя побледнела, и желание спорить, сражаться, охватившее Зафиру, тут же иссякло. Насира здесь не было. Может, так даже лучше, потому что она бы просто не могла взглянуть на него, не вспоминая, как он был с ней в комнате, как свет падал на его шрам, как его ладонь лежала на её бедре.

«Нет, ладонь Льва».

– Я не знала, что это он, – прошептала девушка. – Как…

– Проклятый Гулюль, для бессмертных сафи вы все удивительно туповаты, – взорвалась Кифа. – Он же наполовину ифрит. Неужели вы не думали, что он может менять форму, как чистокровный ифрит?

– Чей облик он принял? – спросила Айя.

Дышать становилось всё труднее.