Избавители звезд

Она вспомнила вес его тела, янтарь, блеснувший в его фальшиво-серых глазах.

Зафира судорожно вздохнула.

– Какая разница? – спросила Лана, подходя к сестре и беря её за руку. На неё словно набросили тёплое одеяло, и даже биение сердца стало спокойнее. – Мы могли бы попытаться вернуть книгу, а не стоять здесь и разговаривать. Нет… Okhti, а что, если он уничтожит книгу? Ты…

Зафира покачала головой:

– Не уничтожит. Если есть для него хоть что-то священное – это знание. – В этом она была абсолютно уверена. И если она хоть что-то успела узнать о таинственном Джаварате, так это то, что знания фолианта были безграничны.

 – Но он собирается занять трон.

Она не сказала, как Лев поклялся сделать её своей царицей и как она дрожала – не только от отвращения и гнева.

Стыд сковал ей язык, не позволил рассказать остальным, что Лев обещал нечто гораздо худшее, чем любой из них мог вообразить. Laa, это был даже не стыд – страх. Как бы они стали относиться к ней, если бы узнали, что она не только отдала Льву Джаварат, но и говорила с ним? Целовала его?

Вот почему она не могла говорить о зле, скрытом в Джаварате.

О видении, о шёпоте. Для них она была девочкой с чистым сердцем. Совершенной в своих желаниях.

Страх. Стыд. Это были иглы, сшивавшие нитью её губы.

– Это было ожидаемо. – Сеиф раздражённо отмахнулся от её слов. – Того же он желал столетие назад. Вы полагали, он изменился? Что его желания ограничились бы Джаваратом и одним сердцем? Laa.

– Тогда мы должны отправиться во дворец. К трону, – сказала Лана, и никто не прокомментировал это её «мы».

Она словно уже была частью всего происходящего. Словно нашла ветку на дереве zumra и удобно там устроилось, по-своему объединив банду.

– Но он не может занять трон, – заявила Кифа, морща лоб. – Это знает каждый ребёнок. Позолоченный Трон пускает к себе лишь кровь Сестёр или тех, кого они сами назначили.

Сеиф и Айя переглянулись.

– Возможно, – согласился Сеиф. – Однако же мы не знаем, каким знанием наделит его Джаварат, какую откроет лазейку, о которой знали Сёстры, а теперь узнает и он.

Как бы то ни было, он был бы дураком, если б проник во дворец до того, как постигнет Джаварат. Я приказал моим сафи обыскать весь город, но тщетно. – Он стиснул зубы. – Пошлю ещё больше воинов.

Его голос звенел тревогой. Вокруг них затягивалась петля, и это была вина Зафиры.

– Я пойду. – Слова сами сорвались с её губ. Девушка откашлялась и вскинула голову, но поняла, что не может никому смотреть в глаза.