Выстрел по солнцу. Часть первая

– Ты – музыкант! – Игорь с жадным нетерпением смотрел на него. – Да?! Признавайся!

– Я – музыкант! – весело признался Женька, хотя, до сих пор стеснялся этого факта. – А как ты догадался?

– Подумаешь, догадался! – Игорь шутливо фыркнул. – Я же говорю: у тебя руки сбиты так, что сразу видно – дерешься не часто, а пальцы при этом длинные и тонкие. А на чем музыкант?

– На фортепиано.

– Уважаю. Слушай, а на гитаре умеешь?

– Умею.

– А меня научишь? Очень надо!

– Научу.

– Вот это мне с тобой повезло, – довольный Игорь в возбуждении даже вскочил со стула, и стал открывать окно.

Окно не поддавалось, старые шпингалеты были намертво парализованы краской. Наконец, последний из них сдался, и в комнату ворвался свежий ветерок. Игорь оперся на подоконник, спросил, чуть понизив голос:

– Ты мне вот что скажи, музыкант. Ты как троих здоровенных бугаев отметелил? Этому что, сейчас в музыкальной школе учат?

– Я еще борьбой занимаюсь, – пробурчал Женька. Ну вот, снова между ними похолодало…

– Ага! – Игорь прищелкнул пальцами.

 – Ты у нас прямо вундеркинд! И клавиши перебираешь, и носы ломаешь попутно. Слушай, а это правда, что тебя вчера молнией ударило?

– Правда, – отчего-то насторожился Женька.

Игорь тихо рассмеялся.

– Да ты не пугайся, – успокоил он, – тебя еще тысячи раз потом разные люди будут спрашивать об этом, так что, привыкай. Так, как, расскажешь, что с тобой случилось? Мне это жутко интересно.

– Расскажу, – просто ответил Женька, и, немного подумав, попросил, снова поразив самого себя своим же неожиданным решением: – Только попозже, в другой раз.

Давай, завтра, а? Мне самому надо все, как следует, вспомнить.

– Завтра – так завтра, – легко согласился Игорь и отошел от окна. – Значит так, – его взгляд по-хозяйски обежал комнату, остановился на Ленском, – я сейчас ухожу. И надеюсь, что это до утра. Ну, сам понимаешь, не маленький, свидание, поцелуи при луне, – он заговорщицки подмигнул Женьке, заставляя его покраснеть. – Ты, кстати, и сам можешь пригласить кого-нибудь, например, ту самую, из-за которой так славно дрался.

Чего стесняешься? Лет-то тебе сколько, герой?

– Шестнадцать, – неизвестно почему, соврал Ленский.

– Ну, вот, – воскликнул Игорь, – целых шестнадцать лет! Возраст вполне подходящий, – он легонько толкнул Ленского в бок. – Ладно, шучу я, шучу! Короче, вернусь я только утром, поэтому тебя закрываю и ключ забираю. Душ с туалетом – за дверью. Захочешь выйти – вот окно.