Фрактальный принц

И, как всегда, когда жар в её теле нарастает, когда бёдра смыкаются вокруг руки, когда горячие толчки сотрясают её, она ловит себя на том, что думает об Аксолотле…

Однако Таваддуд не успевает достигнуть пика и увлечь за собой господина Сена, поскольку в этот момент неожиданно раздаётся резкий звонок в дверь.

– Доброе утро, дорогая Таваддуд! – слышится голос. – У тебя найдётся минутка для твоей сестры?

Дуньязада, как обычно, появляется в самый неподходящий момент.

Таваддуд вскакивает, её лицо пылает от возбуждения и разочарования.

Она набрасывает на себя одежду и отсоединяет кабель бими от кувшина джинна.

Снаружи уже слышны приглушённые шаги. Комната свиданий расположена рядом с кабинетом, в одном коридоре, ведущем от вестибюля.

– Таваддуд! – снова раздаётся звонкий голос сестры. – Неужели ты ещё спишь?

– Всё было… великолепно, моя дорогая. Хотя перед самым концом мне показалось, что ты немного отвлеклась, – говорит господин Сен своим сухим, металлическим голосом.

– Тысяча извинений, – откликается Таваддуд, вытаскивая кувшин джинна из груды подушек.

 – Я не возьму платы.

Таваддуд негромко бормочет проклятия. Древний джинн обещал за её услуги новое Тайное Имя, которое она давным-давно искала.

– Я обещаю в скором будущем назначить новое свидание, чтобы вас удовлетворить. А сегодня возникла небольшая семейная проблема, с которой придётся разобраться.

Таваддуд поднимает тяжёлый сосуд. Это бесценный биопроцессор, созданный до Коллапса и позволяющий джинну временно локализовать свою сущность в её доме.

Снаружи кувшин ничем не отличается от изделий ремесленников Сирра – простая керамика и синяя глазурь, скрывающая сложные схемы.

– По своему опыту я знаю, что семейные проблемы никогда не бывают небольшими, – отвечает джинн.

– Таваддуд! Чем ты занимаешься?

– Боюсь, мне придётся попросить вас уйти, – произносит Таваддуд.

– Конечно, тебе надо только немного помочь мне. До следующей встречи.

Таваддуд ставит сосуд на подоконник. Горячий вихрь раскачивает шторы, раскалённый воздух едва заметно дрожит, и джинн исчезает.

Она прячет кувшин между подушками, снова закрывает зеркала и пытается привести себя в порядок.

Раздаётся стук в дверь. Таваддуд уже готова прикоснуться к панели замка, как у неё замирает сердце: книга всё ещё лежит на полу. Она поспешно прячет её в шкатулку и захлопывает крышку.

Дверь открывается. Дуньязада окидывает её злорадным взглядом, держа руку на шее, где висит кувшин карина.