Между сном и явью

Быть может, я всегда здесь лежал? Так давно, что уже не мог вспомнить, когда это началось. На мелком песке, словном просеянном через сито, время летело неимоверно быстро. Робкие волны ласкали берег. Нежно и плавно пробирались вглубь и тут же, не решаясь на большее, отступали. А до меня доносился только их шелест. Он убаюкивал, нашёптывал новое сновидение, звал в сказочное путешествие на невозможные берега. Но его рассказ я уже не слушал. Боялся повторения кошмара, что с трудом выпустил, нехотя разжав ледяную хватку на горле.

Я проснулся в раю и покидать его так скоро не хватало смелости.

Позади смутным воспоминанием остались костыли и осенняя слякоть, однообразная работа, хрущевка с соседкой-алкоголичкой на кухонном полу и безжизненные, лишённые всякой человечности маски людских лиц. Горечью на языке и пульсирующей болью в голове обернулись они в одну секунду. Оставалось им только затихнуть, пройти без следа и кануть в забвении. Они растворялись медленно, словно жалея, что не оставят на прощание шрама.

Кошмар проник глубоко, и кроме него я ничего больше не знал.

Как будто здесь и сейчас было сладким туманом, цветочным запахом ночи. А там, в мокрой, готовящейся к зиме Москве, была настоящая жизнь, пропитанная болью и разочарованием. С мелочными, как и всё кругом, мечтами. С узкими тропинками, петляющими между машин, через мосты над реками сточных вод, спускающиеся в мрачные подземелья метро, теряющиеся в суетных толпах. Каждый день лабиринт бетонных коробок всё тщательнее скрывал выходы и всё ярче показывал недостижимые входы. Бред ослеплённого богатством разума, растянутый на целые десятилетия.

Я заставлял себя думать о другом, пытался ответить на простейшие вопросы. Где я? На берегу моря? Какого? Я в отпуске? Или живу здесь? И ни одного ответа. Мне бы стоило испугаться, вот только это беспамятство казалось совершенно нормальным. Словно иначе и не бывает.

Наконец я устал от этих мыслей и расслабился. Лежал, слушал. И накатывающий шелест волн, и сухой шорох листьев, и песни попугаев где-то в глубине леса.

Я думал, что это лес, хоть и не знал наверняка.

Прошло много времени, прежде чем я решил встать и осмотреться. Сквозь пустоту мыслей в мою голову прокралось любопытство, окрепло и толкнуло к исследованию.

С двух сторон пляж подпирали внушительные утёсы. Скалистые, с редким кустарником на неровных спинах, и тупыми остриями уставившимися в бескрайнюю даль. Голубое и чистое море раскинуло свою бирюзовую гладь, насколько хватало взора.