Сокрушая врагов

– Так вы что, про Бокула Шибайло не слыхали? – гнусавый обвел взглядом своих подельников и в голос заржал.

Дружки поддержали главаря дружным басистым хохотом.

– Они не слышали… Ха-ха-ха.

– Ишь ты, чувахлай[3 - Чвахлай – невежда, незнающий.] какой!

– Ха-ха-ха…

– Га-га-га…

Юски протиснулся между Бокулом и Павлом.

– Слыхать-то мы слыхивали про тебя и головников[4 - Головник – убийца, преступник.] твоих, – смело начал вепс, – но только сказывают, что ты, промышляя у Новгорода, крепко насолил тамошнему боярину.

– А, значит, слышали-таки, – обрадовался Шибайло своей громкой славе, что дошла и в эту, забытую богами, глушь.

– И еще ведаем, как ты едва пяты свои едва унес от железа каленого, коими боярин тот попотчевать тебя обещался. Посему вижу, утек ты от боярской руки. Чай, поди, и порты промоченные ужо поменял!

Ни Павел, ни Юски не заметили, как гнусавый коротко взмахнул правой рукой. Кулак предводителя головников резко влепился в грудь вепсу.

Юски широко хватанул ртом воздух и согнулся. Второй удар в челюсть отбросил его на Павла, и тот, успев подхватить товарища за подмышки, не дал ему упасть.

– Гляжу, много ты знаешь, чудин, – левый глаз главаря задергался пуще прежнего, – смотри, язык твой можно и укоротить.

Павел приподнял вепса и шепнул на ухо:

– Обожди… Не шуми…

– Ладно, хватит лясы точить. А ну-ка броднички,[5 - Бродники – вольные разбойники, от слова бродить – искать добычи.] вяжите этих бздыхов,[6 - Бздых – вонючий зверек, хорек, здесь как ругательство.

] – обратился Шибайло к своим дружкам, – да покрепче вяжите.

Бродники вмиг скрутили обоих, накрепко связав руки за спиной веревками.

– Вы теперь мои яшники,[7 - Яшник – пленник.] – твердо заявил главный бродник, глядя прямо в глаза Павлу, – так что не балуйте, а там ужо решим, что с вами делать.

Глава вторая

Бродники

Я по лесам-полям гуляю,

Купчишков крепко я пугаю.

Ну бродник я, что вам за дело?

Коли меня так жисть заела!

Песня бродников

Идти со связанными за спиной руками было неудобно, да еще промокшая обувь из лисьей шкуры сбилась и мешала переставлять ноги.

Павел старался удержаться и не упасть, все время спотыкался и запутывался в сползающих с ног кусках шкуры. Однако, видимо, бродники никуда особо не торопились, посему шли не спеша, давая яшнику возможность самому справляться с намокшей и ставшей неудобной обувью.