Мальчик из леса

 – Глаза ее вдруг заблестели от слез. Уайлд подошел к ней, взял ее ладони в свои. Она убрала руки. Уайлд не стал ей мешать. – Уайлд?

– Слушаю.

– Тебе нужно ее найти.

Уайлд вернулся на парковку кондоминиума. «БМВ» Лейлы стоял в двадцати ярдах от мусорного контейнера. Хестер была права. Лейла неряха. Красавица, но неряха. Себя содержит в чистоте и порядке, всегда словно только что из душа. Но вокруг нее сплошной бардак. На заднем сиденье «БМВ» валялись кофейные стаканчики и обертки от энергетических батончиков.

Уайлд выбросил весь мусор в контейнер. Он не страдал гермофобией, но приятно было найти в бардачке противомикробный лосьон. Уайлд оглянулся на дом Авы. Интересно, она позвонит бородатому парню, чтобы тот вернулся? Это вряд ли.

Он не жалел времени, проведенного с Авой. Ни капли не жалел. Честно говоря, когда Уайлд увидел Аву, он почувствовал что-то странное. Что-то сродни… желанию? Может, это оправдание, попытка объясниться. Да, он не способен на длительные отношения, но это не значит, что он не любит общаться с новыми людьми.

Он ни разу не ставил своей целью сделать кому-то больно. Относиться к людям свысока, опекать их по поводу и без, вешать им лапшу на уши – это, пожалуй, гораздо хуже. Уайлд твердо решил быть кристально честным, ничего не приукрашивать и не строить из себя покровителя.

Уайлд всегда спал под открытым небом. Даже в такие ночи.

Трудно было объяснить почему. Иногда он оставлял записку, на несколько часов сбегал в лес, а к утру возвращался. Дело в том, что он не мог уснуть, когда рядом были другие люди.

Все проще простого.

Под открытым небом ему часто снилась мать.

Может, и не мать. Может, другая женщина – из дома с красными перилами. Уайлд этого не знал. Во сне его мать – пока что будем называть ее так – была красива. Длинные золотисто-каштановые волосы, изумрудные глаза, ангельский голос. Неужели его мать и правда так выглядела? Образ был слишком уж идеальный. Скорее фантазия, чем реальность. Вполне возможно, Уайлд выдумал эту женщину.

Или видел ее по телевизору.

Зачастую память требует слишком многого. Памяти нельзя доверять, она всегда стремится заполнить пробелы.

Зазвонил телефон. Хестер.

– Поговорил с Авой О’Брайан? – спросила она.

– Да.

– Видишь, я не лезу с вопросами, откуда ты ее знаешь. Разве я не молодец?

– Вы само благоразумие.

– Так что она сказала?

Уайлд ввел ее в курс дела. Когда он договорил, Хестер заметила:

– Эти ее слова о спокойствии Наоми. Тревожный знак.