Мальчик из леса

– Что случилось? – спросил Дэш. – Чеймберс многозначительно взглянул на Делию: дескать, не лучше ли даме выйти? Дэш нахмурился. Делия не шевельнулась. – Говорите, – велел Дэш.

– По телевизору только что сказали, – начал Чеймберс, – что пропала девочка. Ее зовут Наоми Пайн.

Дэш взглянул на Делию. Она пожала плечами:

– И?..

– Это одноклассница Краха. По некоторым дисциплинам.

– Я не вполне понимаю…

– Уже некоторое время она общается с вашим сыном. По большей части через текстовые сообщения.

Что касается человека, сообщившего о ее исчезновении… Это Хестер Краймштейн. Ее внук Мэтью сейчас внизу, с Крахом.

Делия положила контрольные работы на журнальный столик.

– Все равно не могу понять, как это нас касается, полковник.

– Я тоже… – сказал Чеймберс.

– Итак?

– Пока что. – Чтобы подчеркнуть свою мысль, Чеймберс повторил последнюю фразу: – Я тоже не могу понять пока что. – Вытянувшись по стойке смирно, он смотрел прямо перед собой. – Не сочтите за грубость, но я не верю в совпадения.

Особенно сей-час.

– И что, по вашему мнению, мы должны сделать?

– Думаю, нужно поговорить с вашим сыном. Выяснить, как он связан с Наоми. – У Чеймберса зажужжал телефон. Он резко поднес его к уху, словно отдавал честь старшему по званию. – Да?

Через три секунды Гэвин Чеймберс спрятал телефон в карман и сказал:

– Не выходите из комнаты. Кое-что случилось.

Уайлд мчался по Скайлайн-драйв в сторону Мейнард-Мэнор (черт, какое напыщенное название) и надеялся, что вот-вот завибрирует телефон.

Что придет новая эсэмэска от Мэтью.

Но этого не произошло.

Уайлд крутил в голове последнее сообщение. Казалось, текст его поддразнивает: «Здесь творится что-то нехорошее».

Пусть Уайлд не полагался на чутье (так он сказал Хестер), но, когда он свернул на подъездную дорожку особняка, инстинкт напомнил ему: не забудь про эту фразу.

Здесь творится что-то нехорошее.

Поместье Мейнард-Мэнор занимало тридцать акров на вершине холма.

Спорная территория: жители Рамапо заявляли на нее свои права. Здесь была конюшня на десяток лошадей, трасса для скачек с препятствиями, бассейн, теннисный корт… Чего тут только не было. Посреди всего этого великолепия расположился дом в неогеоргианском стиле. Его построил нефтяной магнат, дитя ревущих двадцатых. Содержать особняк в тридцать пять комнат было настолько дорого, что его попросту бросили.