Крепость дьявола

Может, они малость заплутали, или отсиживаются где-то в укрытии до темноты, – рассудительно произнес Пантелей, хотя и у него на душе «кошки скребли».

В этот момент в кустах неподалеку раздалось странное шуршание. Оба товарища услышали, как из-под чьих-то ног вниз посыпались мелкие камешки – к гроту совершенно точно кто-то приближался.

Ремизов тут же отреагировал, заняв боевую стойку и вытащив из рукава диверсионный нож. Пантелей мгновенно укрылся за каменным нагромождением, также приготовившись защищаться.

Через минуту в проеме появилась человеческая тень. Ремизов уже приготовился сделать захват – пригодились навыки спортивного самбо, которым он увлекался до войны, – но тут тень буквально свалилась ему под ноги, тяжело упав на колени.

Тяжело дыша и выставив правую руку открытой ладонью вперед, будто подавал знак «Стоп», Лёшка Дубинин прохрипел: – Свои.

Ремизов вздохнул с видимым облегчением и убрал нож обратно в рукав куртки. Пантелей вышел из укрытия, и присел перед товарищем на корточки.

– Ты не ранен? – заботливо спросил он Лешку.

– Нет, – тот отрицательно замотал головой, все еще стоя на четвереньках и приходя в себя.

– А Яшка где?

– У немцев, – еле слышным шепотом произнес Дубинин, а затем заплакал.

* * *

Немного успокоившись и взяв себя в руки, Лёшка рассказал товарищам, что произошло.

В деревню они с Яшкой спустились без приключений. На дворе стояла глухая ночь, поэтому свет в окнах уже нигде не горел, за исключением одного дома, расположенного, как раз, на отшибе.

Подкравшись поближе, друзья осмотрелись и, не заметив ничего подозрительного, двинулись дальше, решив потихоньку заглянуть в освещенное окно.

Внутри обнаружилась вполне мирная сцена: за деревянным столом, накрытым льняной скатертью, сидел, сгорбившись и подперев голову рукой, чей локоть упирался о столешницу, полноватый мужик средних лет в смешных широких штанах на подтяжках. Перед ним стоял наполовину уже опустошенный графин с вином и высокий стеклянный стакан.

Поблизости больше никого не было видно, поэтому Яшка предложил выманить подвыпившего немца на улицу, где его и скрутить.

Лёшка встал за дверь, приготовившись к нападению, а Яшка поднялся на крыльцо и постучал. Хозяин откликнулся не сразу. На его резонный вопрос «кто там притащился так поздно», Зимин нахально, на вполне приличном немецком, пробормотал что-то типа «Открывай, сосед». Внутри раздался шум отодвигаемого тяжелого стула и приближающиеся шаги.