Продавец Песка и другие сказки потерянного города

– Ваш отец был донималой? – спросил Эми. Савелий вновь поморщился и отвечал:

– Да, черт бы их побрал. Они сделали отца важным секретным донималой, чтоб он снова поехал в степь и изучил все как следует. Ему позволили взять с собой семью. Так я узнал, что значит «песок съедает степь». Правда, в степи мы почти и не были. В Градодержаве не все верили моему отцу. Многие считали его рассказы бреднями и не хотели тратиться на его экспедицию. Они спорили так долго, что, когда, наконец, мы пересекли тайгу левого берега, оказалось, что высокой душистой травы, о которой рассказывал отец, почти не осталось.

Степь уже становилась пустыней, и песок наступал на леса.

– Но почему? Как песок это делал? Как он может наступать?

– Это жуки, Эми. Понимаешь, огромные жуки из песка. Отец назвал их пе?скутами. Они пожирают все, что растет из земли, и то, что они пожрали, становится песком. Не знаю, какой черт их создал, этих тварей, но, кажется, созданы они для одной дьявольской цели: превратить все в песок. Этим чертовым пе?скутам нет числа.

Это – армия, которая прибывает и прибывает с юга. Они обходят большие реки, а речушки и ручейки заваливают собой до тех пор, пока остальные не смогут перебежать по разрушенным телам своих товарищей. Их поливают дожди, и они размокают, но на их место приходят новые. А старые подсыхают, оживают и снова перемалывают деревья, кусты, траву. Их челюсти горько дымятся, за что и прозвали их горькутами. Даже отец не мог понять, что это за дым – будто внутри жука горит печка. Да и жар от них заметный, если подойти поближе.

– А зимой?

– А зимой их не увидишь. Эти твари такие горячие, что превращают снег в воду – на свою же беду. Зимой от них остаются только золотистые жемчужины, спрятанные под снегом на кучках песка. Но весной, когда подсохнет земля, жемчужины притягивают к себе высохшие песчинки, и жуки воскресают. Горькуты непостижимы, в них нельзя поверить, пока не увидишь. Ведь ты же никогда не видел горькутов, да?

Эми молчал, повторяя про себя слова Капеллы: «Проделай все втайне; о том, что увидишь, молчи».

– Черт возьми, значит, все-таки, ты их видел, Эми!

Вышло глупо. Ну конечно же, про такое смолчать – все равно, что признаться. Нужно было сразу отвечать «нет, не видел», но Эми вранье давалось тяжко.

– Я… видел одного, – тихо сказал он.

– Где?!

– В нашем саду. Я взял несколько горстей песка и насыпал на тетушкину жемчужину. Весь песок собрался в огромного жука. Я облил его ведром воды, и он растаял.