Кондитерская дочери попаданки

Вот только здесь даже сухих веток не было – все либо влажные, либо и вовсе прогнившие от местной сырости!

Ну почему, почему ТАКОЕ случилось именно со мной? И ради этого-то я сбежала из замка, отказавшись от брака с другим «троглодитом», чтоб меня тут же поймал и сожрал другой?!

Существо приближалось. Быстро, уверенно, готовясь одним махом перекусить меня пополам…

Как вдруг прямо на него выскочил огромный серый волк с черным правым ухом! И наскоком атаковав, принялся бить лапами по телу, одновременно перекусывая челюстью то место между телом и головой, где условно должна была бы находиться шея.

Я же теперь только и смогла, что в ужасе расплакаться, не в силах контролировать свое тело из-за приступа паники. Дышать было тяжело, голова кружилась, а земля просто уходила из-под ног.

Оборотень. Без малейших сомнений, передо мной сейчас был оборотень.

«Сериз… мне очень жаль, но твою маму… загрыз оборотень», – снова и снова звучали в моей голове слова следователя, сказанные им в тот день, когда мне сообщили, что мамы больше нет.

Конечно, оборотней в этом мире куда больше, чем один. И даже куда больше, чем одна стая.

Вот только сейчас, глядя на это чудовище, рычащее и щелкающее пастью в нескольких метрах от меня, мне было плевать, сколько еще оборотней ходит по этой земле. Сколько из них, отказавшись от королевских ошейников магического контроля, скрываются от властей как нелегальные перевертыши, и сколько из них – реальные опасные безбашенные отморозки, убивающие людей то тут то там.

Точно так же, как мне было плевать на то, кем является этот конкретный оборотень.

Потому что я все равно невольно видела в нем того самого неизвестного мне вервольфа, который ее убил.

И все, что я могла испытывать в этот момент – это ужас и ненависть.

Тем временем оборотень, покончив с троглодитом, развернул ко мне свою пасть, грязную от его серо-коричневой крови, и сделал шаг в мою сторону…

Я закричала. Негромко – просто голос от страха сел, и я не могла ничего, кроме как беспомощно хрипеть, со всех сил выдыхая воздух из легких с искаженным лицом.

И точно так же, продолжая свой немой крик, я просидела несколько следующих минут после того, как вервольф, развернувшись, убежал прочь, оставив меня одну. Лишь после я, наконец разрыдавшись, свернулась комочком прямо на сырой земле и проплакала несколько минут прежде чем вспомнила, что мне рано расслабляться – меня могут догнать.