Эта безумная судьба

– Эмануэль подойдёт позже.

– Хорошо, давай сделаем это.

– Жду не дождусь.

Помогая девушке с платьем, я восхищалась её особенностью. Кожа была цвета молока.

– С детства я ненавидела своё тело – за то, что я была не такая, как все. Я ощущала себя чужой в этом мире. Когда все ездили на пляж, я оставалась дома, прячась в тени. Но потом я встретила Эйбрахама – это была любовь с первого взгляда… Он и привёл меня в «Rare». Рядом с ним я почувствовала себя особенной, а не заурядной.

– Ты уникальна и похожа на ангела.

– Это Эйб, он окрестил меня ангелом.

– Вы прекрасная пара!

Эйнджел и Эйбрахам самая мирная, спокойная и гармоничная пара. Они как Инь и Ян дополняют друг друга на все сто.

– Благодарю.

– Ещё чуть-чуть и… готово. Можешь смотреться.

– Твои руки заслуживают похвалы, Фейт, знаешь это? Ты сотворила шедевр в виде платья и была права, не зря я тебе доверилась. Оно восхитительно, нет, превосходно! Я не могу подобрать слова.

– Белый цвет ассоциируется с невинностью, но я могу заверить – это цвет страсти.

– Да, тебе определённо это удалось! Сегодня можно уже выступать в новых костюмах?

– Да.

Девушка светилась словно лучик солнышка.

– Ты клад! Хорошо, что мы тебя нашли!

– Или я вас.

– Неважно, важен результат!

– Согласна… Я тоже рада быть частью вашей семьи. Частью всего этого.

Переодевшись, Эйнджел скрылась за дверью. На смену ей пришёл Эмануэль.

– Похоже, ты сотворила что-то невероятное? Эйнджел вся сияет.

– Да, мне удалось. Ваш наряд, сэр.

Рубашка была сшита из той же лёгкой ткани, что и воланы подола Эйн. Рукава были объемные, а вместо пуговиц глубокий запах, демонстрирующий подтянутый торс танцора.

– Сверху надевай жилет и ты готов. Нигде не жмёт?

– Всё хорошо.

– Отлично, уверена теперь вы будете блистать ещё больше.

– Думаю, так и будет.

Присутствие артистов помогало отвлечься от разрушительных мыслей.

В перерыве между примерками мне удалось довести до ума платье Эйн.

– Парни, подождите снаружи, пока я занимаюсь девушками.

– А что, мы не стесняемся, – выступил Франко.

– Это ты не стесняешься, а я против, чтобы ты глазел на мои прелести, – ответила Лилит.

– Интересно, что я там не видел, – уходя прошептал Франко, в то время, как Брэм уже давно вышел, без пререканий.