Кровавый Дунай

У людей их профессии машины долго не живут…

Глава пятая

Признание инженера «Тунгсрама» капитану Разведупра

– Лейтенант? как ты думаешь, тридцатилетние генералы в венгерской армии могут быть?

Котёночкин, вытерев со лба пот, поставил на пол последний тюк с обмундированием, внесенный в дом и, отдышавшись, ответил:

– Королевская армия. Непотизм, коррупция, кумовство и связи в верхах. Ускоренное производство ввиду больших потерь. – Помолчав, добавил: – Думаю, вполне реально.

Савушкин махнул рукой.

– Не бери в голову. Так, мысли вслух. Давайте заканчивайте разгрузку… – Едва заметно улыбнувшись, добавил: – Хорошо хоть, хватило ума пулемёты с «Гизеллы» не снимать.

Лейтенант развёл руками.

– Так некуда было класть. И венгра вашего по самое не балуйся загрузили, и «паккард» этот… Некрасов, вон, даже дверь свою не смог закрыть – так и ехали… Но всё равно Костенко мало что не плакал, глядя на наш катер с неснятыми пулемётами.

– Чёртов хохол… – Пробурчал Савушкин и добавил: – Зато теперь можем выдержать месячную осаду. Не дай Бог, конечно…

В прихожую вошёл Гёза, как и разведчики, участвовавший в разгрузке машин. Аккуратно положив на паркет две винтовки, он промолвил:

– Кажется, всё. Моя машина пустая.

Савушкин кивнул.

– Мы вам очень благодарны, Гёза. – Помолчав, добавил: – Нам надо поговорить.

– Разумеется. Пройдёмте в гостиную, там будет удобнее.

– Хорошо. Лейтенант, заканчивайте с барахлом, распределите жилые помещения, пусть Костенко готовит ужин, а Чепрага включит рацию – время. – Повернувшись к венгру, коротко бросил: – Идёмте.

Как только они уселись в мягкие кресла у журнального столика из благородного палисандра – венгр произнёс:

– Вы можете жить здесь столько, сколько захотите. Но есть одно условие…

– Какое?

– Не надо этот дом использовать для… для вашей работы.

Савушкин усмехнулся.

– Вы думаете, что мы тут будем пытать пленных и опасаетесь, что кровь их забрызгает ваши драгоценные стенные панели из тиса?

Гёза вздрогнул, по его лицу скользнула тень брезгливого неприятия. Капитан, поняв, что переборщил – успокаивающе произнёс:

– Это гипербола. Не очень удачная шутка. Мы никогда так не делаем… Я обещаю вам, что работать мы будем вне дома и даже за пределами этого вашего городка… Как вы его называете?

– Шорокшар.