Переход хода

Либеральный миропорядок, он ведь и нам должен пользу приносить, раз уж мы вляпались в это дерьмо…. Мы твою благоверную, правда, от греха всё же переселили в Красногорск, поближе к работе, и старшего в тамошнюю школу перевели – но это так, профилактика. Пуганая ворона, как ты знаешь, и куста боится.… А что касаемо тебя – без привязки к оной фройляйн искать тебя в России – то же самое, что ту иголку в стогу шукать ночью в январской заснеженной степи, причём – с заведомо известным результатом….

К тому же твои данные, что в этой ихней бумажке, ноне особо не пляшут. Ищут они тебя, судя по ней, по отпечаткам пальцев, что в венгерском деле были? – И подполковник едва заметно улыбнулся.

Одиссей снисходительно пожал плечами.

– А по каким же ещё? Других у них нет…

– Ну вот, стало быть, с этого боку угроза для тебя отсутствует в принципе. По фотографии тебя, опять же, опознать крайне затруднительно, во всяком случае, с лёту – вон какую ряшку наел.

– Дмитрий Евгеньевич! – укоризненно протянул его собеседник.

– Да ладно, Саня, всё правильно сделал, это я так, в порядке дружеского прикола. Иначе следы от пластики были бы видны, а так ты – стопроцентный коммерсант, такому с первого взгляда хочется верить. Килограмм десять набрал, небось?

– Почти пятнадцать. – Одиссей виновато вздохнул.

Левченко улыбнулся.

– Силён, бродяга! Ладно, теперь ты, надеюсь, лишних вопросов задавать мне больше не будешь.

Одиссей хмыкнул.

– Лишних – нет. А вот парочка нужных у меня в запасе припасена.

Подполковник Левченко покачал головой.

– Можешь не озвучивать – эти вопросы у тебя в глазах все полчаса, что мы с тобой общаемся, большими красными буквами написаны. Так что я сам за тебя их озвучу. Мучает тебя, как я понимаю, единственная непонятка – почему мы курьерской скоростью отправили тебя сюда, в Болгарию? Вместо чудного городка Урюпинск, или, где ты там наследницу олигарха обидел – Касимов, кажись? – в каких ты прекрасно мог раствориться в воздухе, ты вдруг оказываешься на другом берегу самого синего в мире Чёрного моря.

И тебя эта несуразность дико мучает. Так?

Одиссей кивнул.

– Так точно.