Одиночка: Одиночка. Горные тропы. Школа пластунов

– Вот и все, – грустно усмехнулся Елисей. – Даст бог, вернусь. А нет, значит, не судьба.

Поднявшись, он взял уже запряженных в фургон коней под уздцы и вывел свой выезд со двора. Дойдя до церкви, он оставил фургон посреди улицы и, перекрестившись, прошел на кладбище. Дойдя до семейных могил, парень постоял над могилкой бабки и, сняв папаху, поклонился ей в пояс. Вернувшись к фургону, Елисей уселся на козлы и, разобрав поводья, еле слышно вздохнул:

– Вы уж простите за невольный обман. Господь свидетель, не хотел я того.

Тряхнув поводьями, парень направил свой транспорт к выезду из станицы. Смазанные колеса легко вертелись, и пара коней спокойно тянули его сооружение по еще сырой дороге. Три кобылы шли привязанными к задку фургона. Выкатившись на дорогу, Елисей натянул поводья и, поднявшись, оглянулся на пустую станицу. На секунду ему показалось, что над церковью появилась какая-то темная масса. От удивления он сморгнул и, тряхнув головой, снова всмотрелся в небо над крестом, но все уже пропало.

Невольно перекрестившись, парень покачал головой и, усаживаясь обратно на козлы, проворчал:

– И правда уезжать пора. Уже кошмары мерещатся.

Всхрапнув, кони дружно навалились на постромки и поволокли фургон в сторону крепости. По рассказам покойной бабки, до крепости было примерно сорок верст. В переводе – это почти сотня километров. Так что торопиться было некуда. Автоматически проверив, как заряжен карабин, Елисей переложил его поудобнее и погрузился в размышления.

– Главное, чтоб сразу не погнали. А дальше разберемся, – усмехнулся он.

Фургон ощутимо потряхивало, так что ему то и дело приходилось отвлекаться на дорогу. Но в остальном все шло спокойно. Отдалившись от станицы километров на десять, Елисей приметил развилку и, чуть подумав, решил сделать там короткую остановку. Нужно было дать передышку коням и проверить свой груз. Как ни крути, а тряска все-таки была ощутимой.

К его удивлению, все держалось очень даже достойно. Несмотря на то что сделано было практически на коленке. Смазав ступицы еще раз, на всякий случай, Елисей поднялся в фургон и, проверив, как дела у козы и кур, с удовлетворением проворчал:

– Великое переселение народов. На ковчег этот сарай на колесах точно не тянет.