Законный брак

 – Ты не похожа на Ами, но в тебе течет наша кровь, и ты смогла с честью пройти испытания и стать Избранной».

Мы с Иридой подолгу разговаривали, вместе листали Библию, узнавая историю рода и по крупицам собирая прошлое, я рассказывала о маме, вспоминала ее рассказы о бабушке и прабабушке. И из этих разговоров рождалось удивительное чувство единства и причастности семье. То, на чем стояла вся жизнь алайетов.

Их жизнь вообще была устроена просто. Несмотря на все особенности магии и технологии, которых не знали в Эшере – да, многое из того, что мы видели, было совсем не магией, – алайеты не любили лишних сложностей.

В обществе существовали три касты: Избранные – женщины, прошедшие искус и полностью овладевшие магией, Хранители – их отцы, мужья и братья, и корди – те, кто, как и Амонерис, не смогли пройти испытание Великой. Они владели небольшим даром и вели обычную, очень похожую на жизнь моих современников жизнь. К слову сказать, их было большинство.

Сейчас я уже знала, что дядюшка Ирвин должен был стать моим Хранителем, но мама, запечатав мой дар, разорвала связь между нами, и дядя утерял необходимые знания.

А вместе с ними он начал медленно терять и обычную память, правда, про Библию все-таки вспомнил. И за это я была ему очень благодарна.

Но вернемся к алайетам.

Официально главой всех жителей Алайи считалась Старейшая – воплощение Великой матери и Верховная правительница. Правда, она никогда не появлялась на людях и вмешивалась в их жизнь только в самых ответственных случаях. Фактически же главой народа была Сафита.

Она управляла Советом и Избранными, ей подчинялись Хранители, она решала все бытовые вопросы.

За минувший месяц Сафита многому меня научила. И оказалась вовсе не такой холодной и строгой, какой была на последнем Совете. Пожалуй, только с Артенис – несостоявшейся свекровью Амонерис, мне не удалось подружиться. Но тут уж не моя вина. Я сделала все, чтобы подруга Сафиты забыла старую вражду, но та не пожелала протянуть мне руку дружбы. Что ж, каждый должен сам преодолевать собственные слабости.

Я бросила взгляд на окно и прислушалась к раздающимся за дверью шагам. Сердце радостно встрепенулось. Джеймс. Вернулся. Похоже, ночью мне снова будет не до сна.

– Кэри, ты еще не спишь?

Ну вот, я была права. Муж подошел к постели, на ходу снимая тунику, его теплые губы коснулись щеки, скользнули ниже, одарив горячими поцелуями рот, грудь, живот. Скользнули еще ниже, и заставили выгнуться и застонать от предвкушения горячей и бесстыдной ласки.