Расческа для Лысого

И еще сам-знаешь-кого.

– Нехер. Делай все красиво и по закону.

– По какому?

– По блатному, бл*! Лысый, ты чего-то хватку теряешь.

– Понял. Решу.

Я кладу трубку и задумчиво пялюсь на стоянку перед зданием офиса Носорога. На улице осень вовсю, дождь хреначит. Как там малеха моя? Охрана носорожья молчит, значит, все норм.

Я все равно переживаю чего-то, что уехал, оставил ее на полдня.

В кабинет заходят Паша и Батя, я разворачиваюсь, настраиваясь на разговор. Надо что-то решать с Черным. Тормозит работу, наглеет. Много трет с теми, с кем не надо. Пытался опять пролезть к Носорогу. А, зная Пашу, удивительно, что без долбежа. Достал, короче. И Сухой запретил привычные методы. Значит, придется думать.

Мы как раз практически уже приходим к решению вопроса, только методы обсуждаем, тут на Пашину трубку приходит звонок, и я чуть не роняю ручку, когда слышу знакомый голос.

– Носорог, тварь, верни мою сестру, сука!

Такая родная бешеная ярость и страх, меня прям режет. Сам не понимаю, как подаюсь вперед, даже не задумываясь, чего сделать собираюсь: то ли трубку вырвать, то ли… Но неважно.

Моя девочка орет что-то про то, что Носорог украл ее сестру, прямо от крыльца поликлиники, и что пусть возвращает. А я смотрю в лицо Паши и, наверно, впервые в жизни вижу, как с лица уходит вся кровь. Вот вообще вся. И понимаю, отчего. Паша не забирал ее сестру. Он приставил к ней охрану, и охрана, сука, молчала!!! А, судя по воплям малехи, Полину утащили какие-то твари с крыльца в черную тачку.

Все это уже додумывается на пути вниз. Мы несемся следом за прущим вперед Носорогом, перескакивающим через ступени. Потому что лифт – это, сука, долго!

Ленка продолжает орать, уже понимая, что Паша ни при чем, и теперь ей страшно.