Жена на два дня

И все из-за чего? Из-за ее ма-а-аленького проступка, одного единственного! Яна ведь даже не пострадала, а на Гаяне спустили всех собак, сослали на каторжные работы.

Но все же было в ее жизни и что-то хорошее. Поздно вечером, когда она закрывалась в спальне с мужем, он привязывал ее к кровати, а потом долго ласкал, дарил оргазм за оргазмом. Это по-настоящему здорово – наконец отпустить себя, заниматься сексом в свое удовольствие, а не тайком ото всех вздыхать по двоюродному брату… Та одержимость, так долго томившая сердце, отпустила Гаяне, стоило ей войти во вкус ночных приключений с мужем.

Гаяне не раз говорила Ашоту: «Я вылечилась, вези же меня обратно в Москву, давай жить как люди». А он все твердил: «Здесь твоя жизнь».

Ночи любви заканчивались, и каждое утро ее трудовая дисциплина возобновлялась.

Гаяне знала, почему свекровь и сестры мужа ее ненавидели.

З – зависть.

Она – красивый цветок, а они – небритые кактусы. И что ей, нежной розе, теперь всю жизнь жить среди кактусов? Они колются!

– Чего расселась, мадама, знатна дама, – спустила ее с небес на землю свекровь.

* * *– Все мои достижения были бы невозможны без помощи дорогой супруги, – вещал со сцены Давид. – Именно она занималась благотворительным фондом последние пять лет. Новое здание школы – сугубо ее достижение. Давайте поаплодируем ей!

Зал взорвался аплодисментами, а Яна невольно покраснела.

И вроде бы привыкла к публичности, еще бы не привыкнуть. В качестве владелицы издательства она устроила не одну сотню презентаций, участвовала в массе мероприятий, сама вручала награды.

Внезапно живот пронзила знакомая боль. Яна улыбнулась, изо всех сил стараясь держать лицо. Превозмогая дискомфорт внизу круглого живота, поднялась с места и зашагала к сцене. Там ей вручили прозрачную статуэтку за заслуги перед обществом.

Потом ее пригласили в другой зал на пятиминутную фотосессию с мужем и остальными участниками благотворительного вечера.

Яна приосанилась, и, несмотря на боль в пояснице, позировала как могла. Прошлый опыт модели не раз выручал ее: красиво встать – еще то искусство.

Как только фотограф закончил щелкать камерой, а остальные гости оставили ее наедине с Давидом, Яна выдохнула с облегчением.

Все, отмучилась.

Она сжала руку мужа сильнее.

– Нам пора, – шепнула ему на ухо.

– Ты устала? – забеспокоился Давид.