Казачий спас

К такому повороту в своей жизни он точно не был готов. На его счастье, полученную от генерала бумагу нужно было отрабатывать, и он взял себе за правило раз в неделю бывать на полигоне казачьей сотни. Такое рвение парня было отмечено местным казачьим кругом, и очень скоро он стал в той сотне своим.

А еще через две недели его снова нашел Елизар Михайлович и, поздоровавшись, решительно спросил:

— Ну что, казак, готов народ учить?"

"— Нет, но раз обещал, попробую, — честно признался парень, которому уже и самому стало интересно, как там оно будет.

— А ты не пробуй. Ты просто покажи, как сам бы делал там, где нам надо. А уж мы выберем, что нашей службе подходит, а чего не надо.

— Это запросто, — поспешил согласиться Гриша.

Устраивать очередные показательные выступления ему совсем не хотелось. Унтер-офицер пронзительно свистнул, подзывая лихача, и спустя минуту пролетка везла их в сторону Охты. Участок в двадцать десятин земли, обнесенный сплошным трехсаженным забором, заставил парня взглянуть на ситуацию серьезно.

Судя по грохоту выстрелов, конскому ржанию и тяжелому топоту сапог, учились там очень даже серьезно.

— Работает народ, — кивнул Елизар, заметив его задумчивость. — Не переживай. Если хоть один твой прием нам подойдет, уже хорошо. Мы те ухватки почитай по всей стране собираем, да и за кордоном прихватываем. Было время, даже ханьцев трясли. У них такие мастера есть, что на кулаках с ними сходиться — проще самому себе глотку перерезать. И вот еще что. Там у нас мастер один есть, из уйгуров.

С ним биться даже не пытайся. Сломает.

— Ну и на кой бес вам я, если такие мастера вас учат? — окончательно растерялся Гриша.

— Не скажи. Он нас руками биться учит, да и то не всех. Сам выбирает, кого учить станет. А вот с нагайкой, кинжалом или ножом мало кто так, как пластуны, умеет.

— Что-то я совсем запутался, — вздохнул Гриша.

— Ай, не бери дурного в голову, — отмахнулся Елизар. — Покажи, что умеешь, а дальше видно будет.

Пролетка подкатила к воротам, у которых стоял солдат в форме Измайловского полка, и Елизар, заплатив извозчику, решительно зашагал к калитке, жестом позвав за собой парня.

Предъявив часовому какую-то бумагу, казак толкнул калитку и, пропустив Гришу на территорию, ткнул пальцем куда-то влево, указывая на странного вида дом, вроде крестьянской избы.

— Вон наши как раз собрались.

Только подойдя поближе, Гриша понял, чем ему так не понравилась эта изба. Стены сруба были в опалинах и следах от пуль.