Казачий спас

 — Весь огнестрел тут оставляем. Чтобы соблазна не было. Работать будем кинжалами и кулаками. И вообще, все лишнее долой. Ремни прихватите. Этих вязать.

Крепкие, матерые мужики, прошедшие не одну схватку, одобрительно переглянулись и принялись вытаскивать из карманов все лишнее. Даже свои косматые папахи забайкальцы аккуратно сложили на лавочки, после чего несколько раз подпрыгнули, проверив, не звенит ли чего и не болтается ли. Убедившись, что бойцы готовы, Гриша вздохнул и, размашисто перекрестившись, прошептал:

— Помоги, царица небесная.

Не за себя прошу, за невинные души детские.

Казаки, не раздумывая, последовали его примеру, после чего парень аккуратно выглянул из-за кустов и, обернувшись, тихо бросил через плечо:

— За мной, по одному.

Опытные бойцы бесшумно скользнули в ровненько подстриженные кусты шиповника, не потревожив ни одной ветки. Капитан, недолго думая, вскочил на лавку и, вытянув шею, уставился на дальний угол чайного домика, краем глаза отмечая, как ловко подбираются к нему казаки.

Штурмовая группа ползла, буквально распластавшись по траве. Движения их были неторопливыми и плавными, словно и спешить им было некуда. Но при этом расстояние между группой и углом дома медленно, но верно сокращалось. Еще пара минут, и вся группа собралась в мертвой зоне.

Еще через минуту за дальним углом домика полетело в воздух что-то мохнатое. Хищно усмехнувшись, Залесский сорвал с головы фуражку и, вскинув ее над головой, несколько раз взмахнул. В ту же секунду защелкали выстрелы и зазвенело разбитое стекло.

Выждав примерно минуту, казаки плавно рассредоточились, и капитан, сжав кулаки, сквозь зубы прошипел:

— Рано.

Словно услышав его слова, бойцы замерли. Между тем выстрелы из карабинов зазвучали чаще, и им начал отвечать пистолет.

— Пора, — выдохнул капитан, и, словно услышав его, прозвучала команда:

— Бей!

Сорвавшись с места, казаки ринулись на штурм. Коротко разбежавшись, они телами выбивали легкие рамы и, вкатившись в помещение, бросались в драку. Точнее, принимались кулаками и сапогами вбивать бунтовщиков в окружающую обстановку.

Из домика послышались крики и вопли боли, а потом прозвучал одиночный выстрел. Потом кто-то, взревев от ярости, приложил одного из бунтовщиков так, что тот вылетел на улицу сквозь раму спиной вперед.

Спустя минуту все было кончено. Не удержавшись, капитан выскочил из беседки и бегом помчался к разгромленному домику. Влетев в помещение, он принялся судорожно оглядываться, ища детей.