Казачий спас

— Двести тысяч, и вы честно ответите на все мои вопросы, — решительно отрезал Арнольд Оскарович.

Вот тут настало время самого Григория изображать статую «Удивленная жадность». Крякнув, он почесал в затылке, глотнул чаю, дожевал пирожок, еще раз глотнул чаю и, махнув рукой, рубанул:

— По рукам. Только говорить здесь будем. И деньги пусть принесут.

— Чек вы, конечно, не примете, — с ноткой презрения уточнил Арнольд Оскарович."

"— Вы уж простите, сударь, но такие деньги я желаю видеть своими глазами, и извольте в звонкой монете, — жестко отрезал Гриша.

 — Сделаем так, — повернулся он к купцу. — Пусть ваши люди привезут деньги в банк. Есть у меня там счетец. Вот на него те деньги и положим. В нашем с вами присутствии. Заодно и монету проверят. Ну а потом я в полном вашем распоряжении. Сюда вернемся, и, что спросите, все расскажу. Ну, что знаю, конечно. Устраивает?

— А если я потребую прежде разговора? — настороженно спросил мужчина.

— Пока денег не будет, никаких разговоров. Я, может, и не шибко грамотный, но вижу, что вас не столько ножны, сколько история их интересует.

Так что, если мои условия не устраивают, не смею задерживать. Завтра их на торги выставлю и столько же получу.

— А в другом месте мы поговорить можем? — не сдавался Арнольд Оскарович.

— Вот это уж точно, извините, нет. Здесь, на людях, меня тронуть никто не рискнет, а в чужом доме можно и до утра не дожить, — нахально усмехнулся Григорий.

— Да ты никак нас за разбойников держишь! — попытался возмутиться купец.

— Да любой купец за такие деньги зарежет и не поморщится, — отмахнулся Гриша.

— А вы не так просты, как хотите казаться, юноша, — криво усмехнулся Арнольд Оскарович. — Но как я могу быть уверен, что вы расскажете мне всю правду?

— Могу крест целовать, — равнодушно пожал плечами Гриша. — Если честно, там особо и рассказывать нечего. Ведь сабля та у меня считай два года всего. Так что скажу все, что знаю.

— Хорошо, — помолчав, решительно кивнул мужчина. — Господин Меньшов, займитесь деньгами.

Купец без звука грузно выбрался из-за стола и поспешил из кофейни на улицу. Вернувшись, он вытер лицо большим клетчатым платком и, с явной обидой поглядывая на спутника, угрюмо доложил:

— Сейчас привезут. Я приказал деньги взять и сюда за нами приехать.

— Хорошо, — кивнул Арнольд Оскарович. — Надеюсь, вы, молодой человек, не станете возражать, если мы в банк на одной машине поедем?

— Это со всем нашим удовольствием, — усмехнулся Гриша.