Казачий спас

А вы сразу травить. Кстати, чем это она меня?

— Яд цикуты, с некоторыми добавками, — фыркнула Настя. — Не убивает, но отключает быстро и надолго. А теперь соберись с мыслями и помни, если мы решим, что ты решил соврать или не говоришь всей правды, этот человек станет делать тебе очень больно. Он это умеет.

Стоявший за спиной Гриши мужик что-то хрюкнул и резко ударил парня под дых. Успев краем глаза заметить движение, Гриша умудрился кое-как смягчить удар резким выдохом, но все равно ощущения были не из приятных. Отдышавшись, Гриша зло покосился через плечо и, презрительно сплюнув, проворчал:

— У меня мамка крепче била, чем этот битюг.

Мужик глухо заворчал и начал замахиваться, когда Арнольд Оскарович движением руки остановил его. Встав, он прошелся по комнате и, окинув парня задумчивым взглядом, протянул:

— Простым битьем тут ничего не добьешься. Он умеет держать удар. Но мы ведь можем применить не только кулаки. Если просто начать дробить пальцы, боль будет не менее сильной.

— Только после этого вам меня убить придется.

А этого просто так не оставят. И князь Воронцов-Ухтомский, и генерал Келлер сделают все, чтобы вас из-под земли достать. И даже большие деньги тут не помогут, — злорадно усмехнулся Гриша.

— Ты можешь просто исчезнуть. А когда к нам придут, мы скажем, что ты получил большие деньги и решил уехать. Куда? Мы не знаем. Ты не сказал. Просто взял деньги и исчез, — быстро нашлась Настя.

— И вам не поверят. Потому что ехать мне некуда и незачем. Я не для того в университет экзамен держал, чтобы все вот так просто бросить.

Это все мои знакомые знают. К тому же, из дома уходя, я записку оставил, куда и зачем иду. Так что меня убьете — и будете дело с полицией иметь.

— Чертов азиат, — прошипел Арнольд Оскарович. — Пусть будет, как будет. Ты все равно будешь отвечать на мои вопросы правду.

— Так спрашивай. Чего зря воду в ступе толочь? — усмехнулся Гриша.

— Откуда у тебя сабля?

— Как и сказал уже, в наследство от дядьки Василя получил.

— А у него она откуда?

— Рассказывал, что сам с паши в турецком походе снял.

— Что еще он снял? — быстро спросил Арнольд Оскарович.

— Пояс с оружием, кошель с золотом. А потом его ранило.

— Рубин?

— Что рубин? — сделал вид, что не понял, Гриша.

— Про рубин он что-нибудь говорил?

— Нет. А что за рубин?

— Брошь, которой крепится тюрбан. Золотая оправа и в ней рубин величиной с перепелиное яйцо. Где он?

— Ничего себе камешек?! — охнул Гриша. — Да будь у меня такая цацка, я б ножны в жизни не продавал.