Казачий спас

Особенно если вместе с мастерскими поставить парк обменных машин.

Ведь служба пожарных не может лишиться даже одного грузовика с водяной бочкой. А пожары в столице дело весьма серьезное. То же самое относится и ко всем остальным службам. Оговорив некоторые детали, князь одобрительно хлопнул парня по плечу и тут же отправился к себе в контору. Услышанное было достойно серьезного осмысления и реализации. Но прежде нужно было все как следует продумать.

Вечером того же дня в кабинете прозвучал звонок телефона.

Подошедшая к аппарату Зоя, выслушав сказанное, приказала позвать Григория и, передав ему трубку, тихо сказала:

— Тебя, капитан Залесский. Кажется, там опять что-то случилось.

Осунувшись лицом, Гриша взял трубку и, услышав знакомый голос, тихо спросил:

— Как она?

— Приезжай ко мне на службу, я все расскажу, — устало ответил капитан, и Григорий, молча опустив трубку на рычаг, стремительно вышел из дома.

Спустя двадцать минут он, слегка запыхавшись, вошел в кабинет капитана и, с порога увидев на его столе, обычно заваленном бумагами, бутылку коньяка, рюмку и блюдце с порезанным лимоном, еле слышно спросил:

— Когда?

— Четыре часа назад, не приходя в себя.

Пуля разорвала легкое и чудом не зацепила сердце. Доктор сам не понимает, как она перенесла операцию и еще прожила эти дни. Она должна была умереть у тебя на руках. Или в лучшем случае пока ты вез ее к врачу.

Из-под парня словно землю выдернули. Он и сам не понял, как сумел дойти до стула и плюхнуться на него.

В кабинете воцарилась мертвая тишина. Залесский, налив себе коньяку, молча проглотил напиток и, закурив, негромко сказал:

— Мы познакомились, когда ей было всего тринадцать, а мне и двадцати не исполнилось. Это было мое первое дело, и если бы не ее помощь, я бы не справился.

— Это я виноват, — вдруг взвыл Гриша дурным голосом. — Стрелять надо было не в грудь, а в башку.

— Нет тут твоей вины, — жестко осадил его капитан. — И стрелял ты правильно. Сразу скажу, все мои казаки вместе такого бы сделать не смогли.

Там не все так просто оказалось. Пуля твоя шла правильно. Да только у того подонка в кармане подарочная фляжка была. А на той фляжке медаль припаяна. Пуля ударила в ту медаль и ушла в сторону. Подняться он уже не смог бы, а вот из последних сил на курок нажать его хватило.

— Твари! Кто это был? — прохрипел Гриша с ненавистью.

— Подробностей я тебе рассказать не могу, но это был ответ на ее последнее дело.