Казачья кровь

А потом вернулись и через три месяца опять уехали. А Юрий Львович, после их отъезда, снова болеть начал. Доктор тот, к которому вы его отправляли, сказал, что более лекарство никто не оплачивает. Пензии майорской не надолго хватило, он лекарство и поменял. А от Олюшки ни весточки. И сообщить некуда было.

– Так она за границей? – быстро уточнил Гриша.

– Да. А как Юрий Львович помер, мне пришлось почти всё, что было, продать, чтобы похоронить его по-человечески. А всё, что осталось, хозяин дома за долги забрал, а меня выгнал.

У меня, говорит, тут приличный дом, а не ночлежка какая. Будут деньги – милости прошу, а нет – и не появляйся. Вот и остался я на старости лет на улице. Даже помереть спокойно негде, – старик снова заплакал, даже не пытаясь стереть льющиеся слёзы.

– Уймись, старче, – вздохнул Гриша, выслушав его историю. – Голоден?

– Второй день росинки маковой во рту не было, – кивнул старик.

– Пойдём.

– Куды ж? – обречённо спросил Варрава.

– У меня жить будешь. Ты себе сытую старость честно выслужил.

Пойдём.

– Сударь! Батюшка! – ахнул старик и попытался опуститься на колени, но Гриша, подхватив его под руку, заставил выпрямиться и, укоризненно качая головой, приказал:

– Ты, старче, перестань это. Не дело. Я тебе во внуки гожусь, а ты то руки целовать, то в ноги падать. Не крепостной, поди. Вон, к машине пошли. Сейчас господина капитана на службу отвезем и домой поедем.

– Ты и вправду собираешься его у себя поселить? – тихо спросил Залесский.

– А куда ж ещё? Не на улице же человека бросать, – пожал Гриша плечами.

– Так ведь он у майора служил. А майор тебя попросту обманул, – напомнил капитан.

– Так то майор. А старик тут при чём? Да и жалко его. Всю жизнь той семье как пёс верой и правдой служил, а что взамен? Не объест он меня, Пётр Ефимович.

– Тебя объесть брюхо треснет, – усмехнулся Залесский. – Главное, чтобы он про твоих людей языком трепать где не надо не начал.

– Негде ему трепать. Да и незачем.

Они дошли до машины, и Гриша, с молчаливого согласия капитана, усадил старика на заднее сиденье.

Быстро отвезя Залесского на службу, он подъехал к своему дому и, заглушив машину, помог Варраве вылезти. Заведя старика в прихожую, он приказал Васятке позвать мажордома и, едва тот появился, сказал:

– Иван Сергеевич, это Варрава. Накорми его и определи место для жизни. Ну и посмотри там, во что переодеться. Вечером всё объясню. Да, и не беспокойся, капитан всё знает.

– Не извольте беспокоиться, хозяин.