Казачья кровь

В одном месте, прямо напротив стола, на стене обнаружились два странных выступа, которые можно было заметить, только глядя на стену под углом. Здание было старой постройки, и стены между комнатами были толстыми. Впору не просто тайник, а потайной ход делать.

Запомнив место, Гриша быстро огляделся и, прихватив у камина кочергу, вернулся обратно. Поставив подсвечник так, чтобы ничего не могло его задеть, парень осторожно ткнул в один из выступов кочергой, встав сбоку. Кто знает, что там за механизм и как хозяин предпочитает защищать свои секреты.

И словно в воду глядел. Что-то щёлкнуло, и в тумбу стола вонзилась короткая стрелка. Мрачно хмыкнув, Гриша отступил ещё дальше и нажал на второй выступ.

Снова послышался щелчок, и стенная панель из морёного ореха плавно отошла в сторону в полушаге от того места, где стоял сам кладоискатель.

– О как! – тихо усмехнулся Гриша. – Нажал там, открылось тут. Хитро.

Помня о всяких стреляющих механизмах, он снова сместился и, зацепив край панели кочергой, открыл тайник пошире.

Потом на всякий случай, подложив кочергу под дверь, осторожно заглянул в сам тайник. Большой железный ящик, размерами и формой напоминавший чемодан, заставил его усмехнуться и, покосившись на труп, тихо промолвить:

– Вот так и знал, что главное ты не в сейфе держишь.

Железная ручка на боковине ящика пришлась очень кстати. Просунув под неё кочергу, Гриша вытянул добычу из тайника и, поставив её у входных дверей, на всякий случай заглянул в нишу, осветив её свечами. Но больше там ничего не было.

Приметив на торце ящика замочную скважину, парень достал из кармана странный ключ и, сунув его в положенное отверстие, с удовольствием услышал мягкий щелчок отлично смазанного механизма.

– Вот теперь можно уходить, – еле слышно рассмеялся парень и погасил свечи.

Дело было сделано. Бумаги отправились в жандармерию, казаки получили хорошую добычу, а сам он обрёл что-то, что может оказаться ему весьма полезным. Железный чемодан, по ощущениям самого парня, весил пуда четыре, так что к машине Гриша пришёл изрядно взопревшим.

Тащить ящик оказалось не столько тяжело, сколько неудобно. Но через сорок минут после того, как он бесшумно прикрыл за собой входную дверь особняка, его машина, тихо урча мотором, скрылась в темноте.

Втащив добычу в собственный кабинет, Гриша первым делом переоделся и, увязав все старые вещи в один узел, сунул его в печь. Потом, отперев ключом ящик, он откинул крышку и с интересом уставился в его нутро.