Кровь на клинке

 – К чему было из ворот задом выезжать?

– То старый обычай, – усмехнулся казак, расправляя усы.

– Ну-ка, расскажи, – насторожившись, попросил Шатун. – А то я следом за вами повторил, а смысла его не знаю.

– То от горцев пошло. У них, ежели хозяева гостя душевно приняли, и он ни в чем отказа не знал, то выезжая, он обязательно коня развернет, чтобы к дому, где гостил, спиной не оборачиваться. Мол, и рад бы остаться, да дела не дозволяют, но еще вернется обязательно и хозяев всегда рад видеть. Вот пращуры и переняли его.

– Гм, а ведь я что-то такое слышал, – проворчал Руслан, почесав в затылке. – Давно, правда, но точно слышал. Не знал только, что и казаки таким ритуалом пользуются.

– Говорю же, от горцев пращуры взяли. Добрый обычай, – кивнул следопыт. – Уважительный.

За разговором отряд легкой рысью подъехал к заставе, и Руслан удивленно натянул повод – перед отрядом, вскинув руку, встал молодой подпоручик в пехотной форме.

– Сожалею, господа, но на выезд из города теперь требуется особое разрешение, – громко объявил он, внимательно рассматривая казаков.

– Даже офицеру контрразведки? – иронично уточнил Руслан, доставая полученный от генерал-губернатора документ на проведение дознания по делу о нападении на караваны. Забирать его Тарханов не стал.

– А-э, гм, – смутился подпоручик, прочтя поданную бумагу. – Прошу прощения, господин штабс-капитан. Сей момент пропустил.

– Не стоит извиняться, подпоручик, – любезно кивнул Шатун.

– Думаете, стрелявший уже покинул город? – спросил офицер с какой-то странной интонацией в голосе.

– Скорее, укрылся до поры, пока шум уляжется, – чуть подумав, ответил Шатун. – Ночью ему из города не выбраться было, а утром уже этот приказ ввели, – проявил он осведомленность. – Так что, думаю, он еще в городе. Но искать его, не имея ни одной зацепки, пустое дело.

– Это почему же? – деланно возмутился подпоручик, который, похоже, и сам так думал.

– А как его искать прикажете? – развел Руслан руками, отводя коня в сторону. – Стрелял он ночью. Ни внешности его, ни имени не известно. Да и почему стрелял, тоже непонятно. Переоденется в одежду поплоше, рожу измажет чем, и поди, угадай, крестьянин он, каторжный или дворянин."

"– Да уж, задачка, – понимающе кивнул подпоручик. – Ну, не смею задерживать.

– Честь имею, господин подпоручик, – козырнул Руслан в ответ и толкнул Беса каблуками.