Кровь на клинке

– Ты хочешь, чтобы он умер? – после долгого молчания решительно спросил Аслан, твердо глядя парню в глаза.

– Хочу, – так же решительно ответил Шатун.

– Я твой должник, князь. Я все сделаю, – вздохнув, кивнул горец. – Как только он из города уйдет.

– Ты еще не совсем здоров, – осторожно напомнил Руслан.

– Нет, князь. Я здоров. И я должен продолжить свой путь, – гордо вскинув голову, ответил Аслан.

Горец был прав. Рана его уже зарубцевалась, и он упорно разминал спину, торопясь вернуть себе форму.

Точнее, скрупулезно следовал советам парня, который занимался его лечением. Понимая, что удерживать этого человека рядом с собой не имеет никакого права, Руслан кивнул и, подумав, спросил:

– Я не знаю, где остались твои вещи. К тому костру твой конь вывез тебя почти без оружия. Все, что у тебя с собой было, казаки тебе уже вернули. Но отпустить тебя с голыми руками я не могу. Пойдем, – скомандовал парень, поднимаясь.

Они прошли в кабинет Руслана, и он, распахнув дверцы шкафа, достал из него штуцер отличной выделки, пороховницу, мешочек с пулями и еще один, с капсюлями.

Добавив ко всему этому револьвер своего изготовления и полсотни патронов, Руслан развернулся к горцу и, указав на все разложенное на столе, сказал:

– Забирай. Теперь это твое.

– Князь! – растерянно ахнул Аслан, горящими глазами глядя на сложенное на столе оружие. – Я не смогу заплатить тебе.

– Сделай дело. Это и будет твоя плата, – вздохнул Руслан.

– Я могу оставить это все себе? – не унимался горец.

– Да. Это все твое. Я помню, что ты должен свершить месть. И пусть это оружие поможет тебе, как ты поможешь мне, – ответил Шатун.

* * *Известие о появлении очередной банды застало Руслана в мастерской. Посыльный от Рязанова передал ему срочный вызов и тут же умчался. Быстро прочтя записку, Шатун велел своему помощнику заканчивать набивку корпусов мин, а сам отправился переодеваться. Спустя два часа он привычно толкнул знакомую до последней трещинки дверь и, вой дя в кабинет, удивленно присвистнул.

За столом перед мрачно замершим майором сидели двое. Жандармский штабс-капитан и полицейский майор. Увидев парня, в его уже привычном обличье, то есть в черкеске и с оружием, гости заметно скривились, но, быстро взяв себя в руки, дружно уставились на Рязанова.

– Вы хотели видеть моего товарища, господа. Он перед вами.

Голосом графа можно было замораживать воду и резать стекло.