Любовь и ненависть в Ровердорме

Больше трети из них не обрабатывалось, из-за чего он терял деньги, и это следовало исправить.

Да, требовались кое-какие вложения, но Тайлор не был стеснен в средствах, так как у него имелось несколько прибыльных предприятий в столице. Теперь же он рассчитывал на то, что, осушив болота и кое-где расчистив лес, тем самым привлечет новых арендаторов и в скором времени получит солидную прибавку к прибыли.

Не только это – Тайлор не собирался забывать и о королевском задании. По дороге, объезжая свои владения, он завел с управляющим разговор о жизни в резервации, заявив, что его интересует…

Исключительно личный интерес, заверил он Кима Йерсена, в котором, как оказалось, текла кровь одного из исконных народов.

Тот был полукровкой, и его мать принадлежала к племени айваро.

Но если айваро разрешали чужакам находиться на территории их племени, то чикотто вели изолированный образ жизни, встречая людей из Элайра чуть ли не на ножах.

В буквальном смысле этого слова.

Управляющий сразу же заюлил, но Тайлор все-таки вытряс из него обещание, что тот организует экскурсию в племя чикотто.

И да, Тайлор был готов заплатить за это столько, сколько потребуется. Расходы в этом вопросе его не пугали: все покрывалось из королевской казны.

Добившись своего, он перевел разговор на жизнь в Ровердорме, после чего задал еще один животрепещущий вопрос.

На этот раз он не получил удовлетворительного ответа.

Но Тайлор не собирался сдаваться. Принялся расспрашивать слуг, а потом и арендаторов, явившихся к нему с жалобами и предложениями.

Ответов до сих пор не было, но это не заставило его свернуть с намеченного пути.

Его не оставляло ощущение, что он застыл в полушаге от разгадки тайны сбежавшей красавицы. Нужно немного поднажать или же задать нужный вопрос правильному человеку.

Оставалось всего лишь найти этого самого человека.

К вечеру уверенность Тайлора заметно поколебалась. К тому же поднявшийся ветер гнал по выметенным дорожкам «Кипариса» прошлогоднюю листву, кидая в лицо пыль и сухие травинки.

И с каждым новым порывом, а также с каждой новой милей, которую проделывала огромная черная туча, приближавшаяся к Ровердорму со стороны гор, Тайлор чувствовал, как сильнее накатывала на него усталость.

В теле поселилась противная слабость, стала побаливать затянувшаяся рана и пропал аппетит, поэтому он, ощущая себя столетним стариком, устроился в гостиной возле разложенного камина.

Попросил слугу разжечь, потому что его знобило.