Любовь и ненависть в Ровердорме

Но и я не отставала.

– Что именно началось? Кто такие «мы»? – поинтересовалась я, потому что про духов спрашивать у тети было гиблым делом, все равно же не ответит.

Но и сейчас она привычно промолчала.

К тому же за окном промелькнула молния, освещая комнату, затем раздался оглушительный раскат грома, и мне показалось, будто бы лицо герцога побледнело еще сильнее, став совсем уж восковым.

Грудная клетка тоже перестала шевелиться, и я в полнейшем ужасе решила, что он больше не дышит.

– Тетя, ему совсем плохо! – воскликнула я, кинувшись к лежавшему на постели мужчине, по дороге ныряя в магические потоки.

К рукам прилила Светлая магия, я активировала целительское заклинание, не понимая, почему Примула Уилсон медлит.

– Прекрати, Мира! – произнесла она. – Ты сделаешь ему только хуже. Светлая магия здесь не поможет.

– Но он же умирает!..

В этот самый момент со вскинутой руки тети полилось ярко-голубое свечение, и я с огромным облегчением заметила, как шевельнулась грудная клетка мужчины.

Он задышал!..

– Он умрет, – согласилась тетя, – без твоей помощи, Мира, потому что справиться с Тьмой внутри него выше моих сил. Она захватила его целиком, но у него все еще остался шанс. Если ты дашь мне силу, которую даровали тебе Боги, я постараюсь изгнать демонов.

– Конечно же, я дам! Сделаю все, что потребуется! Что от меня нужно? – потому что я понятия не имела.

Правда, у меня имелся только Светлый дар, которым я могла разве что снять приступы кашля у детей или же ускорить заживление ран. Но раз он не подходит, что тогда?!

– Не стой с открытым ртом, Мира! – нахмурилась тетя. – Мне нужна другая твоя магия.

– Какая еще другая? – тоскливо спросила я. – Тетя, я не понимаю!

– Та самая, которая пришла в этот мир вместе с твоим новым существом, когда ты сюда попала.

На это мой рот раскрылся еще шире и уже не спешил закрываться.

Получалось, тетя все это время знала, что я провалилась сюда из другого мира?! Знала, что я не Мира Уилсон, но все годы молчала, ни разу не выказав своей осведомленности?

– Мира, – окликнула меня тетя, – пошевеливайся! Он уже на Грани, и вот-вот перейдет черту. После этого мне его не вернуть.