Еще один шанс

Поведав изобретателю обо всех плюсах и минусах его изобретения, Мишка задал самый главный для себя вопрос: что с вельботом станет дальше?

Не ожидавший такого захода инженер, уже мечтавший о славе и мировом признании, явно завис. Что делать с моторным вельботом, который лично ему нужен был только как опытный образец, он и понятия не имел. Так далеко его мысли не распространялись. Моментально заметив замешательство инженера, Мишка мысленно усмехнулся и тут же предложил отдать транспорт в его, Мишкино, пользование для проведения дальнейших испытаний.

Естественно, парень тут же пообещал, что станет сообщать изобретателю обо всех изменениях в работе мотора.

Чуть подумав, инженер с легкостью согласился, истребовав обещание, что парень вернет ему вельбот, как только тот потребуется инженеру для демонстрации данного мотора высокой комиссии. Клятвенно пообещав, что вельбот будет выдан для показа сразу же, как только Мишка о том узнает, парень ударил с инженером по рукам и плавно перешел ко второй части своего плана.

Внимательно выслушав Мишку, изобретатель растерянно почесал в затылке и, хмыкнув, иронично спросил:

– И как вы себе это представляете, молодой человека?

– Сани-то? – простецки уточнил Мишка. – Да просто. Лодка с крышей, на которой стоит мотор с винтом. Сама лодка на полозья поставлена. Только полозья те короткие. Задняя часть чуть длиннее, а передняя короче, но с поворотным механизмом. Винт крутится и толкает сани. Управлять можно только лыжами, но можно будет еще и рули поставить, как на больших лодках.

Тогда воздух, который винт гонит, будет сам разворачивать те сани.

– Воздушные сани, значит, – задумчиво протянул инженер, уже явно что-то просчитывавший в уме.

– Скорее, аэросани. Ну, как аэроплан, – осторожно подсказал Мишка.

– Вы и об этом знаете? – удивился инженер.

– Так среди людей живу, – развел Мишка руками. – А по нашим погодам такой транспорт самый раз будет. Зима длинная. А как заметет, поди доберись куда.

Сугробы такие, что не всегда лошадки пройдут. Про волчьи стаи я и не вспоминаю.

– А нарисовать все, что вы мне тут описали, сможете? – вдруг спросил инженер.

– Попробую, – подумав, кивнул Мишка.

Получив карандаш, линейку и лист бумаги, он принялся не торопясь наносить на бумагу свою идею, попутно поясняя, почему именно так. Слушая его разглагольствования, инженер с интересом смотрел на эскиз, то и дело удивленно хмыкая.