Четвертое правило дворянина

— Хочу тебя поздравить с успешной деятельностью компании «Ермолов и партнеры». Лихо дела ворочаешь, даже самому завидно становится.

— Ну, не то чтобы я один, у меня ведь не самая плохая в империи команда имеется, — ответил я, отсалютовал ему вином в ответ и сделал несколько глотков. Кстати, оно и в самом деле оказалось весьма достойным, Владыкин на подарок не поскупился.

— В общем, отец велел тебе передать, что если у тебя есть такая необходимость, то он готов увеличить кредитную линию до пяти миллионов, — сказал граф и посмотрел на меня, ожидая моей реакции.

Пять миллионов это уже весьма существенная цифра. Вот теперь можно подумать и о более лакомых кусках пирога, который раньше весь принадлежал мне. Даже посмотреть, что там у нас на севере творится. Хотя, это, наверное, я слишком спешу, но тем не менее.

Ну и, кроме того, это еще говорит и о том, что старший Владыкин только теперь начал всерьез относиться к моим намерениям, а если он готов существенно увеличить сумму — значит он в меня верит.

— Вот это очень щедрое предложение! — не стал я обманывать ожиданий Владыкина. — Ради такого дела стоит выпить.

— Ну так! Я поэтому и привез вина с запасом, чтобы до утра нам точно хватило, — хохотнул Михаил. — Только не говори, что у тебя какие-то планы! Я, конечно, пойму, но не одобрю. Есть намерение провести вечер в твоей компании и поговорить по душам. Расскажешь мне, как в Великом Московском княжестве дела делаются и почему про тебя в «Русском бизнесе» пишут, а вот про меня как-то не очень.

— Да нет у меня никаких планов, — ответил я и почувствовал, что и сам не прочь выпить, а если так, то Владыкин для этого самая подходящая компания. При желании можно будет даже про Академию чего-нибудь вспомнить.

Ну, значит так тому и быть — этот вечер посвятим вину и разговорам. Заодно расскажет мне, что там в Саратове происходит после моего последнего визита туда.

* * *С утра я пошел в баню, где Никодим безжалостно отходил меня березовым веником. Но зато к десяти часам утра я был свеж, полон сил и вообще чувствовал себя как огурчик.

Я бы и Владыкина на прием к Никодиму отправил, но граф после полуночи умотал в Москву. Ему срочно захотелось женского внимания и остановить его было решительно невозможно, так как подходящих барышень в моем владении не имелось.